Можно ли привлечь к ответственности пранкера: отвечает юрист

В Перми под пранкеров Вована и Лексуса выкопали юридическую яму: дело журналиста-пранкера как основа возможной уголовной ответственности за все розыгрыши

Пранкеры Вован (Владимир Краснов ) и Лексус (Алексей Столяров) сумели провести множество розыгрышей, оставаясь при этом совершенно безнаказанными. Их ни разу не привлекали к юридической ответственности, парни чувствуют себя свободно и по-геройски вольготно.

Существует мнение, что Владимир и Алексей имеют особого покровителя, влияние которого настолько велико, что перекрывает не только недовольство невольных собеседников пранкеров, но и все юридические несостыковки в их деятельности. Это Владимир Путин, президент Российской Федерации. Если пересмотреть уголовное и административное законодательство России, то в нем вряд ли найдется хотя бы одна статья, под которую можно было бы квалифицировать то, чем занимаются Вован и Лексус.

Но всему рано или поздно приходит конец. Похоже, что деятельность пранкеров в России натолкнулась на железную опору, которую в одиночку им не сдвинуть. Так, 26 мая в Перми был признан виновным журналист Духонин. Адвокат Артемова предписала Духонину обвинение по статье 128, ч.1 «Клевета».

Дело в том, что в ноябре 2015 г. журналист решил совершить пранк, затеяв переименование себя в заместителя полпреда по Приволжскому федеральному округу Олега Мельниченко. Далее, как и положено, запись была опубликована в сети для прослушивания.

На сегодня приговор должны подтвердить в вышестоящих инстанциях, и он вступит в силу. Если это состоится, то случай будет первым в истории российского законодательства, когда пранкера удалось привести к ответственности. Соответственно, с этого момента у всех «собеседников» Вована и Лексуса появится возможность обжаловать их действия в суде.

Вован и Лексус: кто, как, зачем?

Розыгрыши этих двух парней поражают своей масштабностью. Они звонили президентам Украины, Турции, Белоруссии, говорили о многом и, чаще всего, провокационном. Такое положение вещей вызывает мысль о благосклонном отношении к деятельности пранкеров Владимира Путина. Ведь невозможно поверить, что все это они подстроили сами, и даже не руководствовались указаниями российских спецслужб.

Владимир и Алексей всегда отрицали факт принадлежности к властям, к спецслужбам и госзаказам. Но их популярность и вездесущность на всех государственных и федеральных каналах говорят об обратном. Политики всегда хвалят парней, всячески одобряя и деятельность, поддерживая и осыпая комплиментами.

Многие телезрители видели ток-шоу «Звонок», разрекламированное на НТВ. В эфир приглашаются политики и другие публичные деятели, которых нещадно разыгрывают в процессе передачи. Не покидает ощущение, что ведущим дано указание как можно глубже копнуть все плохое, что может таиться внутри гостя. Таким образом, появляется мысль об их целенаправленных действиях в этом плане, о высмеивании их пороков, о вытаскивании наружу «грязного белья», тщательно скрываемого под масками добродетелей.

Возвращаясь к Олегу Мельниченко, ставим вопрос: возможно, его судовые тяжбы – это политическая недальновидность? Хочется найти утвердительный ответ, но вдруг и в самом деле, Мельниченко предъявили обвинения в том, что действительно нельзя упускать?

Дело пранкера Духонина

К общественной активистке Ирине Ермаковой позвонил Олег Мельниченко. Как мы понимаем, на самом деле под именем Мельниченко скрывался пранкер. Он вел разговор о том, что посодействует в захвате регионального отделения ОНФ (Пермский край). Ермакова пошла на контакт, в разговоре завуалировано обсудили детали дела. Следствие установило, что собеседником Ермаковой был не Олег Мельниченко.

Интерес Духонина к данному чиновнику не случаен. Он часто упоминался в пермских СМИ как активный противоборец работы регионального отделения ОНФ. Постепенно ведомости о скандальных ситуациях дошли до Владимира Путина, и ему пришлось внести словесные предупреждения самому Мельниченко, губернатору Пермского края Виктору Басаргину, а также их сторонникам о том, что не следует вмешиваться в работу Народного фронта.

Духонин воспользовался слухами и имеющейся информацией, сделав себе имя на розыгрыше. Реакция депутата превзошла все ожидания: он настолько разъярился, что решил упрятать пранкера за решетку. Возможно, таким образом он решил вылить на него свою обиду в связи с неудачной попыткой «корректировки» деятельности ОНФ.

Итак, для начала Олег Мельниченко вызвал в Нижний Новгород пермских экспертов. Посоветовавшись в ними, он пошел дальше. К делу были привлечены Виктор Кошелев, глава МВД по Пермскому краю, и Вадим Антипов, главный прокурор края. Все это за государственный счет, во имя правосудия, отнимая время и умы лучших госслужащих от действительно серьезных дел. Никто не посмел отказать в просьбе, дело набрало сильные обороты.

Решение наказать пранкера было обдуманным и хорошо подготовленным. Как полагают многие, таким способом Мельниченко хотел показать своему начальству, а особенно, его верхушке, что никакой вины нет, телефонный звонок – сплошной провокационный трюк.

Вторая реальность: что на самом деле может стоять за делом пранкера?

Каждый скандал может носить две одежды – внешнюю яркую, для общественности, и скрытую, видимую лишь для определенного круга лиц. Точно так происходит с рассматриваемым нами делом. Владимир Путин рекомендовал местным чиновникам не предпринимать попыток регулирования деятельности ОНФ. Но Олег Мельниченко, наверное, этого не слышал.

Он мог бы просто проигнорировать розыгрыш пранкера, как это сделал Путин, когда Вован и Лексус звонили от его имени Элтону Джону. Вместо того, чтобы отпустить провокацию и не активизировать ее действие, Мельниченко сделал все наоборот. В свои разбирательства он втянул лучших представителей правоохранительных органов края. Скандал достиг размеров страны, и теперь явно не закончится пределами Перми. Уголовное дело против пранкера стало достоянием общественности, за ним следят с придыханием, ведь на кону стоит гораздо больше, чем воля/неволя Духонина.

Возвратимся к Вовану и Лексусу. Если делу дадут ход, пермского журналиста все же осудят, то Мельниченко на коне – оправдан, доволен, еще и лишил спецслужбы РФ информационного оружия.

Тогда, к примеру, Вована и Лексуса к уголовной ответственности сможет привлечь Марк Фейгин, адвокат Надежды Савченко, или президенты Украины, Турции, Белоруссии. Все они смогут апеллировать к успешно завершенному в Перми делу по подобному вопросу. Получается, статья 128, ч.1 «Клевета» может навсегда пресечь деятельность народным героям? Неужели Вован и Лексус больше никогда не смогут радовать своих почитателей новыми розыгрышами?

Пока дело в процессе, оно пошло в высшие инстанции, чиновнику Мельниченко стоит задуматься о том, соответствует ли его мышление занимаемой должности. Ведь с одной стороны, при позитивном для него исходе судовой тяжбы, он дает серьезное оружие против России странам на международной арене. Никто не упустит своего шанса упрекнуть могущественную конкурентно сильную соперницу в двойных стандартах. А с другой стороны, возможно ли простому местному чиновнику идти наперекор президенту, абсолютно противопоставляя себя ему?

Сегодняшняя ситуация в Пермском крае

Некогда стабильно спокойный в своей общественно-политической обстановке Пермский край заметно просел под протестными настроениями общественности. Приход нового губернатора поспособствовал недовольству населения, эксперты отмечают, что его уровень превысил средний показатель, фиксирующийся в стране.

Политический аспект еще хуже. С 54% до 30% снизился рейтинг «Единой России». На сегодня к уголовной ответственности за коррупцию были привлечены четыре чиновника из команды Басаргина. Экс-заместитель главы администрации губернатора Кирилл Маркевич сбежал в США. Там он скрывается от закона, и уже успел подать документы для оформления жительства в Испании. Согласно слухам, он всегда находился под влиятельным покровительством Мельниченко.

Непонятно почему происходит так, что чиновники заняты не своими прямыми обязанностями, а делами, которые не только могут быть опасными для их деятельности, но еще и нанести вред стране, включая падение авторитета среди международного сообщества.

Уголовные риски для юристов: как консультанту не стать соучастником

Наряду с бенефициарами и руководителями к уголовной ответственности все чаще привлекают юристов. Эксперты в уголовном праве дали советы коллегам на гражданско-правовом поприще и рассказали, в чем разница между описанием рисков и дачей советов на юридической консультации. Может ли адвокатский статус стать панацеей от нежелательных встреч с правоохранителями? Не все юристы уверены в положительном ответе.

Юридическая работа – это априори уголовно-правовой риск, считает адвокат уголовной практики АБ «Ковалев, Рязанцев и партнеры» Ольга Сидорова. Наряду с руководителями и бенефициарами к ответственности стали чаще привлекать юристов, подтверждает партнер АБ «Коблев и партнеры» Руслан Коблев, хотя, по его наблюдениям, здесь нет системного характера. По словам Сидоровой,

«Оптимизация налоговых выплат», банкротство «с минимальными потерями для бизнеса», создание цепочки фиктивных сделок – самый типичный перечень «просьб», с которыми обращаются клиенты к юристу. Чаще всего последних привлекают к ответственности как раз за совершение так называемых «налоговых» преступлений – их действия могут расценить как пособничество

По словам Сидоровой, доказать причастность юриста обычно несложно, особенно если он общается не только с клиентом-руководителем, но и с другими сотрудниками, которые раскрывают «все карты» перед правоохранительными органами, включая переписку. Руководителей обычно привлекают к ответственности по делам о мошенничестве (ст. 159 Уголовного кодекса), присвоении и растрате (ст. 160 УК), уклонении от уплаты налогов и (или) сборов в организации (ст. 199 УК), а также по делам о злоупотреблении полномочиями (ст. 201 УК), перечисляет Коблев. Он называет и более редкие преступления, практика по которым еще не полностью сформировалась. Это фальсификация финансовых документов учета и отчетности финансовой организации (ст. 172.1 УК), воспрепятствование осуществлению или незаконное ограничение прав владельцев ценных бумаг (ч. 2 ст. 185.4 УК), фальсификация решения общего собрания акционеров (участников) хозяйственного общества или решения совета директоров (наблюдательного совета) хозяйственного общества в целях незаконного захвата управления (185.5 УК). Если их станут чаще использовать – это повлечет проблемы с квалификацией действий юристов, которые были замешаны в подобных схемах, прогнозирует Коблев. Сложности в определении степени соучастия признает и Сидорова.

Зоны риска: от консультаций до переговоров

Консультации – это форма интеллектуального пособничества в преступлении, объясняет директор юргруппы «Яковлев и партнеры» Анастасия Рагулина:

Если юрист понимает, что, следуя его советам, клиент совершит преступление, юрист, безусловно, выступает в роли пособника. Вина обязательна, а установить ее проще тогда, когда консультации существуют в материальном виде (например, в виде заключения или справки). Если же юрист неопытный или просто выполнил работу плохо, его нельзя назвать пособником, потому что соучастие всегда предполагает прямой умысел.

«Зеленый» специалист может позволить вовлечь себя в преступную деятельность – например, стать руководителем «однодневки» или подписать заведомо фиктивный документ, говорит управляющий партнер АБ ЕМПП Сергей Егоров. Но это скорее исключение, и начинающий юрист сам должен понимать, что делает, полагает Егоров. По словам адвоката, такие действия, как дача взяток, обналичивание средств с участием юристов и так далее, не имеют особой уголовной специфики на общем фоне. Зато компанию, в интересах которой выплачена взятка, после уголовного дела сотрудника может ждать огромный административный штраф – до стократной суммы взятки (19.28 КоАП), предупреждает Коблев.

О чем стоит помнить добросовестным юристам

При подписании правового меморандума не помешает бдительность, отмечает Егоров. Если в документе не просто описываются риски, а предлагаются решения, их следует обосновать со ссылками на закон и практику его применения, что особенно касается налоговых консультантов, рекомендует эксперт. Понять, что хочет доверитель, можно еще на стадии предварительных переговоров, говорит Рагулина. «Более того, всегда можно взять тайм-аут, чтобы оценить риски не только для клиента, но и для себя», – советует она.

Читайте также:  Сколько стоили водка и другой алкоголь в СССР: цены в 80 годах

Если бенефициары или менеджеры требуют от юристов совершить действия, которые образовывают состав преступления, нужно как минимум воздержаться от этого и письменно уведомить руководство о возможности возбуждения уголовного дела, обращает внимание Коблев. Чтобы снять определенные правовые риски, хорошая идея руководствоваться Кодексом профэтики адвоката, даже если у консультанта нет этого статуса, предлагает Сидорова.

Встречаются случаи, когда адвокат передает в суд доказательства, переданные ему клиентом, рассказывает Баганов. Если потом окажется, что они фиктивные, ответственность за это будет нести адвокат (если не докажет первоисточник). Поэтому Баганов рекомендует в таких случаях не пренебрегать актами приема-передачи.

Еще одна «зона риска», помимо правовых консультаций, – это участие в переговорах, продолжает Сидорова. Правоохранители могут расценить его как вымогательство, особенно если оно связано с активной поддержкой позиции доверителя, предупреждает адвокат «Ковалева, Рязанцева и партнеры». Например, осенью 2016 года был задержан юрист Игорь Трунов, который представлял лидера французской группы Space Дидье Маруани. Тот обвинил Филиппа Киркорова в плагиате и потребовал компенсацию 1 млн евро. Киркоров обвинил Трунова и Маруани в вымогательстве, но в конце декабря 2016 г. стало известно, что правоохранители не дали делу ход.

Адекватный консультант всегда найдет, что им ответить, не нарушая ни УПК, ни доверие клиента, твердо убежден Егоров. Ему неизвестны случаи, когда юрист дал бы показания на своего клиента под давлением органов следствия. В теории это возможно, если консультант сам замешан в «темных делах», и следствие предлагает ему заключить сделку и «сдать» клиента, рассуждает управляющий партнер ЕМПП. Также консультант может дать показания на клиента, если тот использовал его «втемную» и скрыл то, что потом вызвало интерес у правоохранителей, предполагает Егоров.

Адвокатский статус – +100 к защите

Адвокатский статус дает своему обладателю массу преимуществ. Большинство экспертов считают его значительным подспорьем в нежелательных столкновениях с правоохранительными органами. «Они понимают, что от адвоката практически невозможно получить свидетельские показания на клиента в силу адвокатской тайны, – рассказывает Егоров. – Немногочисленные случаи вызова на допрос говорят лишь о слабости позиции обвинения». “Простой” юрист при допросе теряет свои регалии и обязан дать показания в ходе расследования или доследственной проверки, что может касаться десятков и сотен специалистов в штате, предупреждает адвокат BGP Litigation Георгий Баганов. Поэтому, по его мнению, корпоративным заказчикам следует дополнять свои юридические подразделения «внешними» адвокатскими (поскольку принять адвоката в штат нельзя).

Впрочем, вызов адвоката на допрос может быть попыткой от него избавиться, замечает Баганов. Если неопытный специалист на него придет (пусть он даже ничего не расскажет) – он будет считаться допрошенным свидетелем и не сможет работать в защите. Адвокатская тайна – это существенная гарантия еще и в случае обыска. Чтобы получить доступ к материалам и документам адвоката, необходимо разрешение суда. Обыски в адвокатских образованиях, конечно, бывают, но это скорее «случай на миллион», а не сформировавшаяся практика, сообщает Сидорова.

Но в целом она оценивает пользу адвокатского статуса немного скептичнее, чем ее коллеги: «Он, конечно, значительно улучшает ситуацию, но не решает вопрос кардинально». В последнее время адвокатские палаты субъектов и суды, в том числе Конституционный, принимают акты, ущемляющие свидетельский иммунитет адвоката, жалуется Сидорова. По ее наблюдениям, еще одна попытка «отколоть кусок от монолита» адвокатской тайны произошла на фоне борьбы с терроризмом.

Правоохранительные органы часто расширительно толкуют свои права, сетует Коблев. По его словам, все чаще следствие находит доказательства преступлений чиновников, топ-менеджеров и бенефициаров в ходе обысков у внутренних и внешних юристов. Им клиенты поручают операции офшорных компаний, контроль за счетами в иностранных банках, поясняет Коблев. «Статус адвоката и гарантии адвокатской тайны не спасают от проведения обысков», – констатирует Коблев. Впрочем, он напоминает о законопроекте, который в середине февраля 2017 года Президент внес в Госдуму. Он позволяет обыски лишь в присутствии наблюдателей от адвокатской палаты, по решению суда и лишь в том случае, если уголовное дело возбуждено против самого защитника. Без этого помещения можно осмотреть – и то лишь в том случае, если там обнаружены признаки совершения преступления (см. «Допуск в СИЗО и запрет обысков: чем адвокатам помогут президентские поправки в УПК»).

Как привлечь юридическую компанию или юриста к ответственности

Сейчас на рынке услуг можно найти огромное количество юридических компаний, специализирующихся на защите прав и свобод граждан. Однако, нередко можно столкнуться с ситуациями, когда юрист, с которым заключен договор на ведение какого-либо дела, взяв деньги не выполняет своих обязательств. Тогда у доверителя возникает вопрос: как привлечь юридическую компанию и юриста к ответственности?

Юридическую компанию и юриста можно привлечь к различным видам ответственности:

  • Уголовной, к которой можно привлечь только после совершения тяжелого преступления;
  • Административной, к которой привлекают за наступление административного проступка;
  • Гражданско-правовой, к которой привлекают из-за того, что были нарушены имущественные права кого-либо;
  • Дисциплинарной, к которой привлекают тогда, когда юрист нарушает свои обязанности, связанные с профессиональной деятельностью.

Соответственно меры ответственности, при привлечении юридической компании или юриста к ответственности различных видов также будут отличаться.

Способы привлечения юридической компании или юриста к ответственности

Несмотря на то, что юрист сам по себе является опытным правоведом и обязан досконально знать законодательство Российской Федерации, не дает ему право нарушать законы и иные нормативные акты, регулирующие его профессиональную деятельность. Граждане, заключившие договор с адвокатом на предоставление юридических услуг, имеют право привлечения юридической компании или юриста к ответственности в случае невыполнения договорных обязательств, за которые были выплачены денежные средства.

Для привлечения юридической компании или юриста к ответственности необходимо знать, что данными делами занимается районный суд, если цена иска более 50 тысяч рублей, и мировой суд, если цена иска менее 50 тысяч рублей.

Если юрист не выполняет свои обязательства, возложенные на него в результате подписания договора с нанимателем, то дело, которое будет возбуждено, подлежит рассмотрению в порядке гражданского судопроизводства. Кроме того, наниматель имеет право на привлечение юридической компании или юриста к уголовной ответственности, если специалист намеренно относится к делу недобросовестно, заранее решив извлечь из данного процесса личную прибыль, а не исполняет свои законные профессиональные обязательства.

Для того, чтобы привлечением юридическую компанию или юриста к ответственности истец должен заранее позаботиться о наличие оснований и реальных доводов о нарушениях специалистом договорных обязательств, которые будут рассмотрены в суде как доказательства его вины.

Порядок привлечения юридической компании или юриста к ответственности

Не будет являться секретом тот факт, что привлечь юридическую компанию или юриста к ответственности будет намного сложнее, чем иное гражданское лицо. Дело в том, что в силу своей профессии, они прекрасно знают закон и могут им апеллировать очень грамотно, избегая наказания.

Для привлечения юридической компании или юриста к ответственности, первым делом нанимателю следует пройти досудебный порядок разрешения возникшего спора. Для этого нужно связаться с юристом, с которым был подписан договор на оказание услуг, напрямую и попробовать решить проблему мирным путем, не доводя дело до судебного разбирательства.

В том случае, если противоположная сторона не считает себя виноватым или же вас не устраивает размер возвращенных финансовых средств, то следующем шагом, который поможет привлечь юридическую компанию или юриста к ответственности – будет направление иска в судебную инстанцию. Однако без процедуры досудебного урегулирования спора, ваш иск принят в судебную инстанцию не будет.

При обращении в суд необходимо:

  • Грамотно составить иск, в котором следует указать суть вашей проблемы и требования, которые вы выдвигаете к ответчику. К иску нужно приложить документы, требующиеся по законы и квитанцию об уплате государственной пошлины.
  • После получения повестки на судебное разбирательство, следует в назначенную дату и время явиться на заседание и предоставить различные доказательства, которые будут показывать вину ответчика, и являться основанием для привлечения юридической компании или юриста к ответственности.
  • После оглашения судебного решения, которое вступит в законную силу спустя 30 дней после вынесения, следует предоставить его судебным приставам, в обязанности которых входит возмещения причиненного вам ущерба.

Куда жаловаться на недобросовестную юридическую компанию или юриста?

Государственный орган, в который следует подавать жалобу на недобросовестную юридическую компанию или юриста зависит от того, в каком статусе находится специалист:

  • Юрист может иметь статус адвоката;
  • Юрист может быть индивидуальным предпринимателем;
  • Юрист может работать в организации, предоставляющей юридические услуги.

Если юрист обладает адвокатским статусом, то жалобу пострадавшей стороне для привлечения юридической компании или юриста к ответственности необходимо подавать в Совет адвокатской палаты субъекта РФ, а также можно обратиться в Квалификационную комиссию адвокатской палаты. Подача претензионного документа на адвоката в Роспотребнадзор не принимается.

Если недобросовестный юрист не имеет статуса адвоката, то жалобу о недобросовестном предоставлении юридической услуги наниматель может подать в Роспотребнадзор.

Как вернуть деньги, оплаченные юристу или юридической компании?

Для того, чтобы вернуть финансы, выплаченные недобросовестному юристу, необходимо написать и отправить на адрес компании письменную претензию о возмещение финансовых средств. В документе следует описать Ваши недовольства и причины, являющиеся основанием для возврата денег.

Юридические компании, которые дорожат своим статусом, рассмотрят вашу претензию с дальнейшим составлением соглашения об отказе от последующего предоставления услуг, а денежные средства возместят согласно установленному сроку. Данный исход развития событий является наилучшим как для нанимателя, так и для недобросовестного юриста.

Если после направления претензии вы получили отказ или недобросовестная компания вообще не отреагировала на нее, то у вас появляется право направить исковое заявление в судебную инстанцию для привлечения юридической компании или юриста к ответственности с дальнейшим возмещением денежных средств.

Как наказать адвоката и юриста за невыполненную работу

Если вы столкнулись с невыполнением оплаченной работы адвокатом или юристом, а так же юридической компании можно и нужно их наказать. Существует несколько способов наказать адвоката, фирму и юриста, конечно способы сложны, но результативны.

Как наказать адвоката и юриста

Нужно письменно изложить суть претензии и направить ее с описью на адрес адвокатского образования, куда входит адвокат.. Указать срок от 10 до 20 дней на удовлетворение требования с момента получения и предупредить о последствиях в виде ваших действий по обращению в суд и направлению жалоб в надзорные органы.

В случае отсутствия ответа или отказе, необходимо обратиться в суд о признании услуг не оказанными и взыскании оплаченных средств.

Основные адвокатские нарушения

  1. пропуск срока на подачу процессуальных документов;
  2. неявка в суд;
  3. составление проектов документов с ошибками и другими нарушениями;
  4. составленное исковое заявление не направлено на удовлетворение ее потребностей;
  5. разглашение конфиденциальной информации;
  6. утрата вверенных документов;
  7. некорректные консультации, основанные на ошибочном понимании норм действующего законодательства РФ.
  8. заключение двойных договоров, к примеру одновременно с ООО и адвокатом, что приводит к путанице по стоимости оказываемых услуг.
Читайте также:  Повышение пенсии в 2020 году: кому и насколько повысят

На что обратить внимание при составлении иска

  1. Помнить что суд имеет право снизить стоимость оказанных услуг — привести их к рыночным.
  2. Правило из п. 1 применяется и к услугам оплаченным.
  3. Если ответчик юрист или фирма указать на штраф за нарушение прав потребителей. Сумма будет порядка 50% от суммы в п.1.
  4. Указать моральный вред, от 0,5 до 3% от суммы п.1.

Что нужно учитывать по спорам с адвокатами

  1. К юристам в статусе адвоката не применяется закон о Защите прав потребителей: нельзя на него ссылаться в судебном споре надеяться на существенные штрафы в случае выигрыша.
  2. Если адвокат вообще не приступал к оказанию услуг, заказчик вправе истребовать от него все уплаченные суммы (Определение Санкт-Петербургского городского суда от 31.08.10 г. № 33–12033/2010)
  3. Вы не обязаны оплачивать не оказанные или оказанные вам некачественно юридические услуги и вправе потребовать возврата уплаченной суммы (постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 6.07.16 г. № А56-44202/2015, Определение Калужского областного суда от 2.10.14 г. № 33–2928/2014) с начислением на нее штрафных процентов при отказе исполнителя ее добровольно вернуть (Определение Московского городского суда от 20.06.11 г. № 33–18539).

Как оценивает суд

При оценке обоснованности требований клиента суд обязательно будет учитывать не только, насколько эффективными были действия юриста в судебном процессе (Апелляционное определение Верховного суда Республики Башкортостан от 24.07.14 г. № 33–10371/2014), но и поведение самого клиента: был ли он полностью отстранен от участия в нем, поручив полное ведение дела юристу, или активно участвовал во всех судебных заседаниях наряду с ним, самостоятельно подписывал все процессуальные документы, что в любом случае свидетельствует об одобрении выбранной юристом стратегии ведения дела.

После решения суда по адвокату, можно направить запрос в его коллегию о исключении или приостановлении его статуса адвоката в связи с нарушение адвокатского кодекса.

Пример из практики о наказании юридической фирмы

В Тюменской области суд по иску клиентки втрое снизил гонорар, который она обязалась выплатить своим представителям за юридические услуги.

  • Как следует из материалов дела, жительница Тюмени обратилась в юрфирму «Единый центр защиты» с просьбой составить иск к СК «Ренессанс Жизнь» о возврате страховой премии и направить его в суд. С ней заключили договор, по которому женщина должна была заплатить 25 000 руб.
  • Однако, по словам клиентки, в ожидаемые сроки этого сделано не было. Тогда она подала в юрфирму заявление о расторжении договора и возврате уплаченных 23 000 руб. Юристы в ответ сообщили, что исковое заявление было подготовлено, направлено мировому судье и получено адресатом. В связи с чем обязательства по договору они считают выполненными и оснований для возврата денег нет.
  • Клиентка подала иск в Калининский районный суд Тюмени к юрцентру, требуя расторжения договора и взыскания 23 000 руб., компенсации морального вреда в 25 000 руб. и штрафа за нарушение прав потребителя.
  • В результате суд взыскал с ООО «Единый центр защиты» «переплату» в 15 000 руб., штраф за нарушение прав потребителя в 7500 руб. и компенсацию морального вреда в 2000 руб. Всего клиентка получит с юрфирмы 24 500 руб.

Восьмой арбитражный апелляционный суд утвердил штраф в 100 000 руб., наложенный на юридическую фирму, услуги которой не имели «потребительской ценности»

  • Как следует из материалов дела, ранее жительница Тюменской области получила уведомление от АО «Газпром Газораспределение Север» о предстоящем прекращении поставки газа в ее квартиру. Поводом для этого стал отказ женщины в допуске в жилье газовщиков для проведения платных работ по техобслуживанию газового оборудования.
  • Владелица квартиры, желая разрешить возникшую ситуацию, обратилась за юридической помощью в ООО «Авангард» (впоследствии переименованное в ООО «Префектъ»). Она заключила с фирмой договор об оказании юридических услуг с подготовкой проектов претензии в ОАО «Тюменьмежрайгаз», жалобы в Роспотребнадзор, искового заявления, а также предоставлением консультации.
  • Юрфирма подготовила претензию в АО «Газпром Газораспределение Север» о прекращении действий, направленных на дополнительное взимание платы за фактически неоказываемые услуги и на введение ограничений по поставке газа, с требованиями о возмещении расходов на оплату юридических услуг и компенсации морального вреда. Также юристы составили жалобу в Роспотребнадзор и исковое заявление в Ялуторовский районный суд о признании незаконными действий газовой компании, направленных на введение ограничения на предоставление услуги газоснабжения, об обязании восстановить подачу газоснабжения и о требовании взыскать расходы на оплату юридических услуг и компенсацию морального вреда в 50 000 руб.
  • Впоследствии, однако, в ходе производства по делу в суде, владелица квартиры отказалась от исковых требований, осознав, что составленное исковое заявление не направлено на удовлетворение ее потребностей, поскольку газоснабжение не отключалось.
  • Женщина обратилась в надзорные органы, которые привлекли юридическую компанию к ответственности по ч. 2 ст. 14.7 КоАП РФ (обман потребителя) и назначили ей штраф в 100 000 руб. В частности, Управление Роспотребнадзора по Тюменской области пришло к выводу об отсутствии потребительской ценности оказанных компанией «Префектъ» услуг, поскольку составленные ею документы не могли разрешить спорную ситуацию.
  • Юрфирма обжаловала постановление о штрафе в Арбитражном суде Тюменской области, а затем в Восьмом арбитражном апелляционном суде. Однако обе судебные инстанции не поддержали ее позицию.

Как привлечь адвоката к ответственности?

В какие правоотношения вступает адвокат

Адвокат обладает уникальным правовым статусом (подробно особенности такового разъясняются в статье Как получить статус адвоката и что он дает?). Он наделен целым комплексом специфических прав и обязанностей по отношению как к клиенту, так и к государственной власти и адвокатскому сообществу.

Систему правоотношений, в которые включен адвокат при осуществлении своей деятельности, можно отразить в таблице.

Субъект п/о, в котором состоит адвокат

Объект нарушения

Ответственность за нарушение

Нормы профессиональной этики

Положения соглашения об оказании юридической помощи

Нормы Кодекса об административных нарушениях РФ

Нормы Уголовного кодекса РФ

Нормы процессуальных кодексов о порядке в судебном заседании

Далее рассмотрим детально, как привлекать адвоката к ответственности в тех или иных случаях.

Последствия нарушения дисциплинарных норм. Какие меры могут быть применены к адвокату

Будучи частью адвокатского сообщества, адвокат в своей работе связан нормами этики, которые четко прописаны в законе «Об адвокатской деятельности и адвокатуре» от 31.05.2002 № 63-ФЗ (далее — закон об адвокатуре) и Кодексе профессиональной этики адвокатов от 31.01.2003 (далее — КПЭА). Данные нормы можно условно разделить на 2 группы:

К морально-этическим нормам можно отнести все правила поведения адвоката с точки зрения основ нравственности, как то:

  • добросовестно исполнять взятую на себя обязанность представлять интересы доверителя;
  • соблюдать адвокатскую тайну;
  • не принимать на себя заведомо незаконных поручений;
  • не действовать корыстно, с целью получить выгоду для себя и др.

Организационными можно назвать те правила, которые связаны с принадлежностью адвоката к адвокатскому сообществу, а именно:

  • обязанность уплачивать взносы в адвокатскую палату;
  • обязательность оказания бесплатной юридической помощи в случаях, предусмотренных законодательством. Подробности в статье Кому положена бесплатная помощь адвоката?;
  • обязанность подчиняться распоряжениям совета адвокатской палаты и др.

Нарушение правил и норм, предусмотренных КПЭА и законом об адвокатуре, может повлечь применение следующих мер дисциплинарной ответственности адвоката (п. 6 ст. 18 КПЭА):

  • замечание (самая легкая мера, применяется в случае небольших нарушений с целью предостережения адвоката от подобных действий в дальнейшем);
  • предупреждение;
  • прекращение статуса адвоката (серьезная мера, назначаемая в случае тяжких дисциплинарных проступков).

О применении дисциплинарной ответственности читайте также Разъяснения. утв. решением Совета ФПА РФ от 15.05.2018 протокол № 3.

Сроки и порядок привлечения к дисциплинарной ответственности

Меры дисциплинарной ответственности могут быть применены к адвокату исключительно по итогам дисциплинарного производства, которое возбуждается на основании поданных в адвокатскую палату:

  • жалобы доверителя или другого адвоката;
  • представления вице-президента адвокатской палаты;
  • обращения судьи, рассматривающего дело, где адвокат участвует в качестве представителя.

Как составить жалобу на адвоката, читайте в нашей статье.

Производство возбуждается президентом палаты в течение 10 дней с даты поступления жалобы. Затем обращение поступает на рассмотрение в квалификационную комиссию палаты, которая по итогам принимает решение о прекращении производства либо применении к адвокату необходимой меры ответственности. Завершается дисциплинарное производство рассмотрением в совете адвокатской палаты.

Серьезной проблемой дисциплинарного производства является несоответствие выбранной меры проступку адвоката. Например, такая мера, как прекращение статуса адвоката в связи с неисполнением обязанности по регулярным денежным отчислениям в фонд палаты, является чрезмерной (см. решение Советского районного суда г. Махачкалы от 12.10.2017 по делу № 2-5296/2017).

Важным нюансом, который необходимо учитывать при рассмотрении жалобы, является установленный срок привлечения адвоката к дисциплинарной ответственности. Он составляет 6 месяцев с момента обнаружения проступка (п. 5 ст. 18 КПЭА). Если этот срок истек, привлечь адвоката к ответственности не получится.

Гражданско-правовая ответственность перед доверителем

Отношения адвоката и клиента регламентируются соглашением об оказании юридической помощи, существенным условием которого является в том числе пункт о том, в каком объеме и как адвокат привлекается к ответственности за надлежащее исполнение обязательств по договору (ст. 25 закона об адвокатуре).

Вышеуказанное соглашение относится к числу гражданско-правовых договоров. Ответственность за неисполнение услуг по нему наступает по общим правилам гражданского права, если иное не предусмотрено положениями соглашения. Клиент, не удовлетворенный качеством оказанной ему правовой помощи, вправе обратиться в суд со следующими требованиями:

  • возвратить уплаченное вознаграждение;
  • возместить убытки;
  • компенсировать моральный вред (если требование заявлено от физического лица).

Доверитель должен доказать факт причинения убытков и причинно-следственную связь между наличием убытков и действиями адвоката, что представляет собой непростую задачу.

ВАЖНО! Сам по себе факт несогласия доверителя с итогом разбирательства по делу (например, вынесение обвинительного приговора, а не оправдательного) не свидетельствует о некачественном оказании услуги (см. решение Губкинского районного суда ЯНАО от 25.08.2015 по делу № 2-626/2015).

Привлекая адвоката к гражданско-правовой ответственности перед доверителем, суд должен в первую очередь исследовать, как осуществлялся процесс оказания помощи по делу и насколько добросовестно представитель исполнял свои обязательства.

Уголовная ответственность

Наиболее распространенными преступлениями, совершаемыми адвокатами в ходе профессиональной деятельности, являются:

  • посредничество во взяточничестве (ст. 291.1 УК РФ);
  • дача взятки (ст. 291 УК РФ);
  • фальсификация доказательств и результатов оперативно-розыскной деятельности (ст. 303 УК РФ).

Правовой статус адвоката предусматривает ряд гарантий, обеспечивающих его независимость и неприкосновенность в случае уголовного преследования, которое осуществляется в особом порядке (ст. 447 УПК РФ):

  • Уголовное дело возбуждается руководителем следственного органа Следственного комитета РФ субъекта РФ (п. 10 ч. 1 ст. 448 УПК РФ).
  • Осмотр, обыск и выемка могут быть осуществлены исключительно после возбуждения в отношении адвоката уголовного дела или после привлечения его в качестве обвиняемого (ч. 1 ст. 450.1 УПК РФ) на основании постановления судьи и в присутствии представителя адвокатской палаты. Исключение составляют случаи, когда в данном помещении обнаружены следы преступления.
  • При обыске запрещается изъятие любых документов, составляющих адвокатскую тайну. В постановлении суда должен быть четко указан объект обыска.
Читайте также:  Где дешевле взять микрозайм: 5 предложений от микрофинансовых организаций России

Следователи могут по ошибке нарушить адвокатский иммунитет. Например, обращаясь в суд с просьбой вынести постановление об обыске, умалчивают факт наличия у обыскиваемого лица адвокатского статуса. В тех случаях, когда в решении суда не учитывается это обстоятельство, оно является незаконным и может быть обжаловано адвокатом в вышестоящий суд (см., например, апелляционное постановление Севастопольского городского суда от 14.07.2015 по делу № 22-464/15).

После завершения предварительного расследования дело направляется в суд, где рассматривается по общим правилам уголовного судопроизводства.

Административная ответственность

В ходе своей профессиональной деятельности адвокат также может стать субъектом административного правонарушения. Например, возможно привлечение адвоката к административной ответственности по следующим статьям КоАП РФ:

  • ст. 13.11 (нарушение порядка распространения персональных данных);
  • ст. 13.14 (разглашение информации с ограниченным доступом);
  • ст. 17.3 (неисполнение распоряжения судьи/пристава о прекращении нарушений правил суда);
  • ст. 19.12 (передача различных предметов лицам, находящимся под стражей).

Так, адвокат К. постановлением мирового судьи был привлечен к ответственности по ст. 19.12 КоАП РФ за пронос телефона на территорию СИЗО. Данное постановление было отменено вышестоящим судом вследствие отсутствия состава правонарушения: сам по себе факт проноса телефона без попытки передать его заключенному не может быть квалифицирован как правонарушение (см. решение Ингодинского районного суда г. Читы от 10.06.2013 № 12-85/2013).

Каким-либо административным иммунитетом адвокат не обладает.

Представляет интерес возможность сочетания нескольких видов ответственности адвоката между собой. Например, совершение преступления адвокатом влечет не только уголовное наказание, но и всегда возбуждение дисциплинарного производства с последующим исключением из адвокатского сообщества (п. 1 ст. 17 закона об адвокатуре). В ходе дисциплинарного разбирательства нередко одновременно решается вопрос и о гражданско-правовой ответственности адвоката перед доверителем.

Таким образом, адвокат, осуществляя свою профессиональную деятельность, находится во взаимодействии с клиентом, судом, органами государственной власти, адвокатским сообществом. В случае нарушения норм уголовного, гражданского законодательства, КОАП, а также КПЭА, соглашения об оказании юрпомощи он может быть привлечен к уголовной, гражданско-правовой, административной и дисциплинарной ответственности соответственно.

Мерами дисциплинарной ответственности адвоката являются замечание, предупреждение и прекращение статуса адвоката. Уголовно-процессуальным законодательством устанавливается особый порядок производства по преступлениям, совершенным адвокатами.

Защитить юристов от суда

Вопрос, который, наверное, теперь слишком поздно задают себе многие: мог бы Сергей Магнитский избежать ужасной участи, если бы российское право чуть раньше восприняло западные подходы к привлечению юристов к уголовной ответственности и если бы шаги по либерализации законодательства в экономической сфере были приняты раньше? Увы, нет ответа.

Казалось бы, очевидно, что юристы должны быть юридически подкованы, а их собственные действия безупречны с точки зрения закона. Однако привлечение к уголовной ответственности юристов в России растет как снежный ком. В этом, впрочем, нет ничего удивительного – на Западе уже очень давно юристы рассматриваются и как лица, часто сами организующие и совершающие преступления, и как лица, консультирующие преступников. Но западное законодательство предусмотрело меры защиты юридических и иных консультантов, не позволяющие необоснованно втягивать их в состав преступных групп и рассматривать в качестве соучастников.

Консультанты или пособники

Попытка анализа российского законодательства и практики привлечения к ответственности юристов, в первую очередь корпоративных, не приводит ни к чему: одна большая черная дыра. Правоохранительные органы для всех ситуаций используют общие нормы Уголовного кодекса о соучастии, что в условиях их абсолютного усмотрения позволяет привлечь к ответственности секретаршу юридического отдела, копировавшую документы, которые были потом использованы для совершения преступления. Нельзя не принимать во внимание и то, что правоохранительные органы применяют одинаковые методы для расследования как экономических преступлений, так и преступлений против личности, что само по себе не может не вызывать вопросы.

Логически очевидно: должна быть грань, за которой заканчивается юридическая деятельность и начинается преступная. Но где она, эта грань?

Западное законодательство в отношении уголовно наказуемых деяний юристов, бухгалтеров и прочих в процессе их профессиональной деятельности использует концепцию adding and abetting (незаконная помощь и пособничество).

Юрист подлежит уголовной ответственности за оказание незаконного содействия в случае, когда он, оказывая профессиональную помощь, вышел за пределы, определенные правилами ее оказания и стандартами юридической этики, и, зная о преступном характере схемы или сделки, тем не менее оказал существенную помощь в ее подготовке. Американские суды не требуют точных знаний обо всех обстоятельствах совершения преступления клиентом юриста (в случае с корпоративными юристами – корпорацией). Достаточно общего понимания наличия схемы или сделки, потенциальная незаконность которой очевидна для консультанта.

Отдельным вопросом остается наличие у юриста обязанности исследовать наличие элемента незаконности в деятельности клиента при осуществлении сделки или схемы, которая анализировалась юристом. New York City Bar Association’s Task Force, говоря об участии юристов в корпоративном управлении, рекомендовала, чтобы юристы знали о цели и характере использования их услуг, а если у юристов имеются сомнения, они должны исследовать вопрос в пределах предоставленных им возможностей.

Вряд ли подобная конструкция применима в ее чистом виде в современных российских корпорациях, но регламенты деятельности юридических подразделений могут предусматривать возможность направления юристами, ответственными за подготовку сделок, соответствующих запросов в другие подразделения. Одновременно трудно себе представить практическую ситуацию, когда юрист в средней российской компании поинтересуется у руководства о конечных целях той или иной сделки или схемы, а также о ее финансовых результатах, не рискуя быть уволенным.

Что касается характера пособничества, то он, по мнению, например, судов США, должен явно выходить за рамки обычных юридических услуг, как они предусмотрены профессиональными стандартами. Так, отсутствие возражений клиенту при осуществлении им незаконной схемы не может рассматриваться как пособничество. Общее представление интересов клиента, одна из сделок которого была незаконна, также не влечет ответственности.

Таким образом, юридическое заключение, содержащее описание схемы минимизации налогов и указывающее, что при определенных условиях она может рассматриваться как уголовно наказуемая, не влечет для подготовившего его юриста никаких рисков. Даже в случае, если заключение было использовано для подготовки и осуществления этой самой уголовной схемы (за исключением ситуации, когда юрист осуществлял непосредственную подготовку документов для реализации «уголовного» варианта схемы).

Суды обычно оценивают отношения между клиентом и юристом, суть совершенного клиентом первичного нарушения, форму и суть оказанной юридической помощи и ментальное отношение юриста к ситуации. Линия между оказанием незаконного содействия и реальным соучастием в ОПГ достаточно тонка, что ясно видно из широко известного дела российского адвоката Александра Гофштейна. В этом деле испанский суд, проанализировав обстоятельства дела, предположил, что, учитывая характер и развитие отношений Гофштейна с его клиентом, адвокат мог перестать быть просто советником и мог превратиться в члена ОПГ.

Незаконное пособничество невозможно без совершения лицами, которым юрист оказывал соответствующую помощь, первичного преступления. Так, предоставление клиенту заключения, содержащего инструкцию об осуществлении незаконной схемы уклонения от уплаты налогов, не будет рассматриваться как незаконное пособничество в преступлении, если схема не была осуществлена и подготовка к ее осуществлению не велась. Со стороны юриста подготовку подобных схем можно рассматривать как нарушение профессиональных и этических стандартов.

Подготовка заключений и документов, а также предоставление юридической помощи в процессе стандартной профессиональной деятельности не являются уголовно наказуемыми, даже если эти заключения и документы и были использованы впоследствии для совершения уголовно наказуемых деяний.

Как защитить юриста

Сложность применения западной модели в российской практике обусловлена прежде всего отсутствием единых профессиональных стандартов деятельности для корпоративных юристов, единого лицензирования практикующих юристов, а также отсутствием в большинстве российских компаний внутренних контрольных структур, регламентов и независимых советов директоров, структурированных по западному образцу. Все эти проблемы преодолимы даже в ближайшей перспективе. Существенный момент – возможный конфликт между менеджментом корпораций, который будет лишен возможности говорить «ну мне же так юристы посоветовали», и юридическими подразделениями, но он также будет разрешен практикой достаточно просто.

По нашему мнению, совершенствование российского законодательства в области оказания юридических услуг должно осуществляться в нескольких направлениях. О необходимости профессиональных стандартов и лицензирования деятельности всех юристов сказано уже много. Однако параллельно с этим необходимо внесение в Уголовный кодекс статьи, которая регламентировала бы санкции в отношении юристов, чьи действия способствовали совершению прежде всего экономических преступлений, в то же самое время не являясь прямым соучастием в той или иной форме.

Нельзя признать нормальным предъявление обвинения в легализации средств юристу, не имевшему в результате таких деяний никаких материальных выгод. В этом случае, даже при наличии доказательств причастности к реализации «схемы», очевидно, должна быть иная правовая оценка деятельности юриста. Скорее всего, потребуется также специальное постановление пленума Верховного суда, разъясняющее отдельные аспекты применения этой статьи, учитывая, что она будет основана на сугубо оценочных понятиях и сложна в применении. Тем не менее это позволит не предъявлять необоснованные обвинения в легализации и отмывании незаконно полученных средств тем юристам, которые просто подготовили проекты договоров по схемам, впоследствии расцененным правоохранительными органами как преступные.

Без изменений в этой области в российской практике будет и дальше прогрессировать явно наметившаяся нехорошая тенденция – суды все чаще ссылаются на наличие юридического образования как на фактически отягчающее обстоятельство (например, в приговоре В. Кулиша суд прямо указал, что он, имея юридическое образование, обладал специальными знаниями для совершения незаконных, по мнению суда, действий, а другие участники этих действий были юридически безграмотны и ничего не понимали). То есть принцип «незнание закона не освобождает от ответственности» трансформирован судом в «знание закона ответственность увеличивает».

Что можно посоветовать корпоративным юристам? Во-первых, иметь корпоративный стандарт и документы, определяющие порядок подготовки юридической службой заключений по сделкам и проектов договоров, подготовленные желательно внешним консультантом и утвержденные советом директоров. Во-вторых, иметь реестры заключений и переписки с другими подразделениями, как минимум по важнейшим вопросам. В-третьих, важнейшие и рискованные заключения должны подписываться руководителями юридического подразделения, не принимавшими участия в их разработке. В-четвертых, спорные вопросы следует передавать внешним консультантам. В-пятых, отчет юридического подразделения должен утверждать совет директоров. В-шестых, следует утвердить процедуры разрешения разногласий с подразделениями компании и сообщения о нарушениях соответствующему комитету совета директоров.

Конечно, все вышесказанное не может решить существующую глобальную проблему, заключающуюся в том, что российское законодательство зачастую не позволяет однозначно отнести то или иное действие исключительно к сфере гражданско-правового, но не уголовно-правового регулирования. Это дает правоохранительным органам широкое поле для маневров, и не всегда в общественно полезных целях. Не могут, к сожалению, эту проблему решить и суды – толкования по таким вопросам сегодня просто не существует. Очевидно, что простое копирование западных подходов вряд ли даст 100%-ный результат. Необходимо изменение не только правового регулирования, но и ментальности российского общества и правоохранительной системы, являющейся его исторически неотделимой частью.

Ссылка на основную публикацию