Хлопковое дело в Узбекистане: коррупция в СССР

«Хлопковое дело», или борьба с коррупцией в Узбекистане

«Хлопковое дело» на закате СССР стало одним из самых громких дел о коррупции, в ходе которого в тюрьме оказались высокопоставленные чиновники.

Тысячные взятки, огромные приписки, составы из пустых вагонов, в которых якобы перевозили хлопок, «чемоданы компромата» и невероятные масштабы обогащения партийной элиты Узбекистана. «Хлопковое дело», которое было лишь частью масштабного антикоррупционного процесса в Узбекистане, обросло огромным количеством настоящих и вымышленных подробностей. Между тем, дело это было действительно громкое, и иногда в прессе можно даже встретить утверждение, что оно и привело к распаду СССР.

Изобретение пороха. А при чем тут хлопок?

Во второй половине 1980-х планы по производству хлопка, спускавшиеся из центра в Узбекистан, увеличивались год от года. Чтобы понять «масштаб бедствия», приведем последние доступные цифры: в 2019 году, по прогнозам, урожай хлопка в стране составит чуть менее 3 млн тонн. А в середине 1970-х годов, при условии отсутствия современных технологий, в год Узбекистан сдавал порядка 4 млн тонн «белого золота» и даже больше.

Практически все посевные площади в УзССР были отданы под хлопок. Название книги «Ташкент — город хлебный» перестало быть понятным: хлеб здесь практически не выращивался. Все усилия и все ресурсы были брошены на хлопок: скажем только, что на его уборку выходили все, включая школьников, поэтому начало учебного года в республике здорово задерживалось. А студенты могли начать учиться вообще в ноябре.

Почему возникла потребность в таком огромном количестве сырья? Дело в том, что хлопок использовался не только в текстильной промышленности, но и для производства так называемого бездымного пороха. Хлопковое волокно, обработанное азотной кислотой, превращалось в нитроцеллюлозу — горючее вещество. На первых порах из нитроцеллюлозы делали пластик, в том числе широко распространенный целлулоид (его горючие свойства хорошо известны — целлулоид сгорает практически дотла и быстро). Второе важнейшее направление использования горючей целлюлозы — производство бездымного пороха. Причем этот порох был нужен не только для огнестрельного оружия, но и в качестве составляющей топлива в ракетных установках. Так что потребности военной промышленности в хлопке только росли.

Планы на год: 6 млн тонн хлопка

Промышленность требовала все больше и больше хлопка, план, который ставился перед республикой, становился все выше и достигал 6 млн тонн в год — цифра нереальная. Если только… не начать делать хлопок буквально из воздуха. Первый секретарь ЦК Компартии Узбекистана Шараф Рашидов пытался, принимая на себя повышенные, а вернее, завышенные обязательства, объяснить, что подобные цифры недостижимы. Но против установленного плана возражать было невозможно.

Шараф Рашидов Источник: sharafrashidov.org

Естественная недостача хлопка скрывалась за счет приписок: не существующий урожай «перевозился» в закрытых вагонах, «принимался» на производстве, подписывались фиктивные накладные, заполнялись табели «выполненных» работ. На производстве мнимый хлопок «терялся», списывался, понемногу превращался в «естественные производственные потери» или же сгорал в пожарах, которые тоже существовали только на бумаге. Как выяснилось в ходе следствия, объемы приписок достигали миллиона тонн в год, и в эту цепочку были замешаны все: от сборщиков хлопка до высших руководителей страны. И на каждом этапе цепочки передавались взятки, достигавшие огромных масштабов.

Следователи Тельман Гдлян и Николай Иванов, которое вели это дело, написали книгу «Кремлевское дело». В ней приводятся слова бывшего первого секретаря Каракалпакского обкома партии Каллибека Камалова: «Первый секретарь ЦК Компартии Узбекистана Усманходжаев после Рашидова является главным организатором всех негативных явлений в республике. К примеру, взять 1983 год — по его требованию во всех областях УзССР допускались крупные приписки в заготовке хлопка. Когда на полях не оставалось ни единого грамма хлопка, он потребовал показывать в сводках сбор и заготовку несуществующего хлопка-сырца. Разве можно было в условиях того года выполнить план и дать Родине 6 млн тонн хлопка-сырца? Об этом знают и стар и млад в нашей республике».

Следствие вели Гдлян и Иванов

Приход к власти Андропова фактически развязал руки КГБ, который получил указание активизировать на местах борьбу с коррупцией. Как водится, раскручивание «хлопкового дела» началось всего с одного процесса.

В уже упомянутой книге Гдлян и Иванов указывают точную дату, когда было положено начало одному из самых громких коррупционных процессов. 27 апреля 1983 года за взятку в размере 1000 рублей был задержан с поличным начальник ОБХСС УВД Бухарского областного исполкома Ахат Музаффаров. Желая как-то облегчить свою участь, он начал активно давать показания. Также в числе первых был задержан директор Бухарского горпромторга Шоды Кудратов. Оценить масштаб хищений можно по изъятому у последнего — более 500 000 рублей наличными, ювелирные изделия, золотые монеты — всего на сумму более 4 миллионов. И он был отнюдь не самым крупным фигурантом этого дела.

Во время допросов по делу бывший глава МВД Узбекистана Хайда Яхъяев говорил так: «Конечно, сейчас могут найтись демагоги и заявить: неужели нельзя было работать без взяток, как работает большинство советских людей. Отвечу так на этот вопрос: большинство советских людей действительно не занимались взяточничеством, а вот должностные лица республики почти поголовно погрязли во взяточничестве. Не заниматься этим можно было при одном условии, уйти с поста и работать рабочим на заводе или хлопкоробом в поле. А на всех этажах служебной лестницы у нас в республике коррупция была повсеместной».

И дело в итоге обрело невероятный размах. Начавшееся с двух задержаний расследование вела группа в общей сложности из 200 человек, руководил которыми следователь по особо важным делам Прокуратуры СССР Тельман Гдлян. В течение 1984−1989 годов группа рассмотрела более 800 уголовных дел, 600 человек из привлеченных к ответственности занимали руководящие посты. Считается, что одним из основных виновников сложившейся ситуации был Рашидов, который умер в октябре 1983 года. В результате министр хлопкоочистительной промышленности Узбекистана Вахабджан Усманов и начальник ОБХСС Бухарской области Музаффаров были приговорены к расстрелу, остальные — к различным срокам заключения.

Тельман Гдлян и Николай Иванов Источник: Wikimedia Commons

Юрий Чурбанов — самый известный обвиняемый

Во время следствия причастные к делу давали показания о причастности к коррупции высших руководителей государства, в том числе членов Политбюро ЦК КПСС. Но самым известным участником «хлопкового» дела, безусловно, стал зять Брежнева Юрий Чурбанов, первый замминистра внутренних дел СССР (снят с этой должности в 1984 году). Его привлекли за неоднократное получение взяток от руководства Узбекистана.

Считается, и об этом писал сам Чурбанов в своих воспоминаниях, что его привлекли к делу именно из-за его родственных связей с Брежневым. И, скорее всего, это мнение имеет под собой основания. Первоначально ему предъявлялось обвинение во взяточничестве в размере около 1,5 млн рублей. В итоге Чурбанов признал три эпизода получения взяток: денег на сумму 90 000 рублей, а также двух дорогих подарков. По сравнению с масштабами других «подношений», фигурировавших в деле, это были достаточно незначительные суммы.

Чурбанов был арестован в 1987 году, и следствие по его делу продолжалось около двух лет. В 1988 году его слушала Военная коллегия Верховного суда под председательством Михаила Марова. Помимо Чурбанова, на скамье подсудимых были еще несколько человек, в том числе упоминавшийся выше Хайдар Яхъяев. В итоге он и его заместитель Таштемир Кахраманов были оправданы (едва ли не единственные по «хлопковому» делу), а Чурбанов был приговорен к 12 годам лишения свободы. Наказание он отбывал в Нижнем Тагиле в колонии для бывших чинов МВД, а в 1993 году был помилован.

Матерь коррупции СССР. Хлопковое дело в Узбекистане

Это было громкое дело… Следствие, инициированное новым генсеком – Юрием Андроповым – выявило целую систему взяточничества и приписывания липовых тонн хлопка. Как же все начиналось?

Шараф Рашидов

С 1959 года Первым секретарем Компартии Узбекистана был Ш.Р. Рашидов. Человек с кристальной биографией – фронтовик, был тяжело ранен. После войны сначала работал в местных газетах, потом резко стал председателем правления Союза писателей Узбекистана, далее – председателем Президиума Верховного Совета Узбекской ССР. В этой должности он пробыл до 1959 года, а после стал фактическим главой республики.

В чем причина такого быстрого карьерного взлета? До сих пор точно не ясно. Шараф был сыном крестьянина, за его спиной не стояло влиятельной родни… Так или иначе, на долгие 24 года он стал местным султаном – и это не преувеличение. В Узбекистане, как и в некоторых других республиках, еще сильны были местные традиции. Чинопочитание в ментальности узбекского народа формировалось столетиями, поэтому каждый правитель возносился на пьедестал.

Необдуманное заявление и последствия

В 1975 году в Узбекистане собрали небывалый ранее урожай – целых пять миллионов тонн хлопка! Желая повысить свой авторитет в партии и получить наконец желанное место среди членов Политбюро, Рашидов 3 февраля 1976 года на партийном съезде во всеуслышание объявляет – теперь каждый год будем сдавать такой объем, и даже больше! Даешь 6 миллионов!

На словах все это звучало очень красиво, но на деле… Земля физически не могла дать больше 5 миллионов тонн, да и то крайне редко. Нормативный максимум – это 4 миллиона. Но вождь сказал – надо исполнять. Если и раньше в Узбекистане все крутилось вокруг хлопка, то теперь он стал превалировать над интересами простых людей. Достаточно сказать, что дети не учились по полгода, безвозмездно работая на хлопковых полях. Да, какая-то оплата формально им полагалась, но, как правило, они ее не получали. Рабочий день был продлен, собирали урожай абсолютно все – и это негативно сказывалось на здоровье нации – ведь хлопок обрабатывался ядовитыми химикатами. Нередки были случаи выкидышей у беременных, которых также заставляли работать на полях… Все было принесено в жертву гонке урожаев.

Такая политика способствовала тому, что руководители на местах становились царьками, обладающими практически абсолютной властью. Печально известна фигура Ахмаджона Адылова, руководителя Папского агропромышленного комплекса. Он относился к своим работникам как к рабам. Сейчас сложно представить, что в Советском государстве, вроде бы как освободившем человека из-под гнета господ и богачей, было возможно физическое наказание детей за плохой сбор хлопка. Но это было страшной реальностью… Провинившихся били по спине плетями, на территории агрокомплекса была выстроена небольшая тюрьма для тех, кто не подчинялся приказам или не вырабатывал план. Безнаказанным Ахмаджону позволяла оставаться близость к Рашидову. Однако все это вскрылось много позже…

Коррупционная система

А пока, несмотря на все старания, достичь рекордных отметок не получалось. Тогда руководители страны пошли на прямое преступление. Сложилась целая система приписок драгоценных килограммов хлопка. К этому причастны были все – от простых работяг до высоких партийных деятелей – как в самом Узбекистане, так и в Москве. На приемных пунктах в мешки с хлопком клали камни, приемщики добавляли к цифрам несколько нулей… Чтобы ткацкие фабрики, куда поставлялось сырье, приняли пустые или полупустые вагоны как наполненные, им платились по тем временам огромные взятки – от 10 до 40 тысяч рублей! В итоге, на бумаге каждый год Узбекистан сдавал государству 6 миллионов тонн хлопка. За это в бюджет республики отчислялись огромные суммы. Они шли в первую очередь на те же взятки, а также на строительство роскошных домов для руководителей страны. Перепадало кое-что и простым смертным – например, именно на «хлопковые» деньги было построено метро в Ташкенте.

Начало конца

Однако так не могло продолжаться долго… В 1982 году умирает Брежнев, особо покровительствовавший Узбекской ССР. И это понятно – ведь он провел в Центральной Азии свои молодые годы! Место Леонида Ильича занял Юрий Андропов, который не собирался мириться с таким положением дел. Еще будучи председателем КГБ он стал собирать компромат на Рашидова.

Уже в начале 1983 года Андропов лично вызвал к себе руководителя Узбекистана и сделал ему устный выговор, то есть фактически предложил ему добровольно уйти с поста. Но Шараф Рашидович этого не сделал. Тогда в ход пошли другие методы. В апреле была создана комиссия по расследованию злоупотреблений в хлопководстве Узбекистана. Возглавили ее впоследствии прославившиеся на этом деле следователи Тельман Гдлян и Николай Иванов.

В октябре 1983 года Шараф Рашидов скончался после разговора с Андроповым. О чем они говорили, точно неизвестно, но есть легенда, по которой генсек спросил: «Сдадите ли вы 6 миллионов тонн? И сколько из них будет приписано, а сколько будет существовать в реальности?» И глава Узбекистана понял, что это конец. По официальной версии он умер от сердечного приступа, но также высказывались предположения, что это было самоубийство…

Расследование

В ходе обысков у бравших и дававших взятки функционеров было изъято ценностей на сотни миллионов рублей. Было арестовано множество людей – начальники хлопковых фабрик в Узбекистане, партийные деятели, чиновники, в том числе и зять Брежнева Юрий Чурбанов. Поговаривали, что все это Андропов и затеял с целью убрать «старую гвардию», выдвиженцев прошлого диктатора…

Воровали вагонами до того как это стало мейнстримом

Уже умер Андропов, успел взойти на «престол» и умереть К.У. Черненко, а расследование «хлопкового дела» все велось, завершившись только в 1989 году. Два человека приговорены были к высшей мере наказания, остальные – к тюремным срокам разной длины.

Следователи Гдлян и Иванов стали народными героями, их избрали в депутаты, они являли собой символ перестройки и гласности, борьбы с злоупотреблениями режима. Вместе с тем нельзя отрицать, что методы работы их были весьма жесткими. За время расследования покончили с собой 16 человек…

Впоследствии, уже в 1989 году, было даже заведено дело по обвинению следователей в нарушении законности при ведении расследования, но в 1991 году в связи с изменением политической обстановки оно было прекращено.

Что было дальше?

А дальше грянул развал Советского Союза, республики стали самостоятельными государствами… Уже в 1991 году все осужденные по «хлопковому делу» в Узбекистане были реабилитированы. Отбывавшим наказание на территории страны была дарована свобода новым президентом республики Исламом Каримовым. В 1993 году вышел на свободу и Юрий Чурбанов.

Интересно, что единственным человеком, которого эта реабилитация не коснулась, был тот самый Ахмаджон Адылов. Следствие по его делу затянулось, материалы составляли аж 122 тома! В 1991 году Ислам Каримов попросил вернуть Адылова на родину, и Москва пошла на этот шаг. По всему Узбекистану прокатилась весть, что новый президент дал свободу Ахмаджону. Все уже забыли его темную славу, он стал почти что народным героем, пострадавшим от старого режима. Но бывший всесильный начальник Папского агропромышленного комплекса затаил обиду. Близкие рассказывали потом, что он во всеуслышание грозился отомстить тем, кто «оклеветал» его, рассказывая ужасы про плети и личную тюрьму… Многие обратились лично к Каримову с просьбой защитить их от гнева бывшего «царька». И, на удивление, глава республики внял их просьбам. Видимо, обвинения в адрес Адылова были не беспочвенны. Вскоре он был арестован и приговорен к пяти годам лишения свободы, потом – еще к трем, еще к двум…

Только в 2008-м Ахмаджону удалось выйти на свободу. Он умер в 2017 году. Родственники убеждены, что такой долгий срок вызван был опасностью Адылова для тогдашнего правительства – ведь он начал организовывать свою политическую партию. Кто знает…

Есть версия, что именно хлопковое дело, а, вернее, принцип, который лежал в его основе, и повлиял на итоговый развал СССР. Начиная с Хрущева все новые правители страны развенчивали культ предыдущих. Хрущев критиковал Сталина, Брежнев – Хрущева, Андропов – Брежнева. И таким образом подрывался авторитет власти в народе, сводился на нет принцип преемственности и нерушимости коммунистических заветов, что и привело к падению продержавшегося 70 лет режима.

Читайте также:  Штраф за утерю паспорта: размер, как и куда платить

«Хлопковое дело». Была ли коррупция в СССР?

Дело о коррупции в Узбекской ССР в конце 1970х-1980х годов приобрело поистине общесоюзный масштаб, оно в той или иной мере затронуло соседние республики и союзный центр в Москве. Было открыто порядка 800 уголовных дел и более 4 тысяч человек были привлечены к уголовной ответственности. В совокупности многочисленные расследования стали известны под общим названием «хлопковое дело» или «узбекское дело».

На пресс-конференции в Прокуратуре СССР следственной группой, ведущей расследование дела о должностной мафии в Узбекской ССР, были продемонстрированы ценности, изъятые у преступников, бравших взятки

Узбекская республика того времени представляла собой сырьевую базу для ряда отраслей советской промышленности. Основным сельскохозяйственным продуктом страны являлся хлопок. Его называли «белым золотом» Средней Азии, подчеркивая высокую значимость для хозяйственной жизни региона. Производство хлопка обеспечивало загрузку не только местных предприятий, но и хлопчатобумажных заводов за пределами республики. Целые отраслевые блоки Советского Союза зависели от урожайности хлопчатника. В выращивании, орошении и сборе хлопка была задействована значительная часть узбекского населения, проживающего в сельской местности. Сбор, первичную обработку, транспортировку хлопка обеспечивали машиностроительные, перерабатывающие и транспортные предприятия республики. Полученное сырье широко использовалось для производства тканей, одежды, медицинских перевязочных материалов предприятиями союзных республик.

Именно из-за стратегической важности хлопка как сырья уделялось повышенное внимание объемам его производства и доставки на перерабатывающие предприятия страны. Центральная власть жестко контролировала выполнение плановых показателей по сбору хлопка и непрерывно увеличивала планы по его производству. К 1975 году валовый объем сдачи хлопка превысил рекордные 4 миллиона тонн, при этом ресурсы по дальнейшему наращиванию производства были во многом исчерпаны. Расширение посевных площадей достигло своего предела, а применение гербицидов и средств для борьбы с вредителями сделали выращивание хлопчатника нерентабельным. Однако из Москвы поступил новый план по сбору хлопка, послушно принятый местными властями. Следуя директивам из центра, 3 февраля 1976 года местное партийное руководство поставило перед республикой задачу к 1983 году собрать невероятные 6 миллионов тонн «белого золота».

Роль республиканской власти в развитии коррупционных процессов в УзССР действительно была велика. У руля республики на протяжении двух десятилетий находился Ш.Р. Рашидов, первый секретарь Центрального комитета Коммунистической партии Узбекской ССР. Долгое время находясь у власти, к середине – концу 1970х годов на родине Рашидов воспринимался «отцом узбекского народа» и имел непререкаемый авторитет. Такое положение дел позволяло Рашидову уверенно выполнять присылаемые из центра директивы и планы. Позитивные рапорты о выполнении плановых показателей, в первую очередь по сбору хлопка, повысило лояльность центра и позволило установить доверительные отношения между Л.И. Брежневым и руководством республики. Генеральный секретарь был желанным гостем на узбекской земле, ему отправляли дорогие подарки. Об уважительном отношении Брежнева к республике свидетельствует тот факт, что в марте 1982 года, будучи серьезно больным и рискуя своим здоровьем, Брежнев, тем не менее, посетил Ташкент для вручения республике ордена Ленина за достижения в народном хозяйстве. Для Рашидова также нашлись награды: дважды в 1974 и 1977 году ему присваивали звание Героя Социалистического Труда.

Все изменилось после смерти Брежнева с приходом к власти Ю.В. Андропова в ноябре 1982 года. Еще возглавляя КГБ СССР, Андропов получал сведения о масштабах взяточничества, кумовства и коррупции в Узбекской ССР. Конфликт между Рашидовым и Андроповым только возрастал, но центральное партийное руководство до поры до времени не давало ему перейти в решающую стадию. В 1983 году конфликт перерос в острую фазу, в этом году республика должна была собрать по плану рекордные 6 миллионов тонн хлопка. В январе 1983 года Андропов объявил устный выговор Рашидову с отложением вопроса об отставке на конец года. Нажим на республиканское руководство и настойчивые сигналы из центра о методах достижения плановых показателей привели к ускорению расследования коррупционных дел. Во многом, непрекращающееся давление из центра стало причиной смерти Рашидова 31 октября 1983 года. Согласно официальной версии он умер от болезни сердца. В тот год план по сбору хлопка не был выполнен.

Активная часть расследования «хлопковая дела» началась в феврале 1983 года, когда Политбюро ЦК КПСС приняло постановление о расследовании злоупотреблений в хлопководстве Узбекистана. Генеральной прокуратуре СССР было дано поручение создать следственную комиссию с широкими исключительными полномочиями. В апреле следственную комиссию возглавили следователи по особо важным делам при Генеральном прокуроре СССР Т.Х. Гдлян и Н.В. Иванов. По прибытии в Узбекистан комиссия Гдляна – Иванова сразу приступила к работе. 27 апреля при получении взятки был задержан начальник ОБХСС УВД Бухарской области А. Музафаров – с этого момента следствие развивалось нарастающими темпами.

В ходе обысков у подозреваемых нашли огромные суммы денежных средств и драгоценности на миллионы рублей. Они хранились или прямо в рабочих кабинетах, или дома в сейфах, или были надежно спрятаны по тайным местам. У Музафарова в доме изъяли ювелирные украшения и золотые монеты императорского времени на сумму полтора миллиона рублей и дополнительно один миллион денежных средств, хранившихся в домашнем сейфе. Особенно следователей впечатлил «каримовский клад». Бывший замминистра ирригации и водного хозяйства собрал действительно несметные сокровища. Они прятались в разных местах в кишлаке Севаз близ Шахризябса. Следователям в руки попала тетрадь с описанием мест, где были спрятаны богатства. В общей сложности драгоценные предметы и наличность «каримовского клада» оценили в десять миллионов рублей – немыслимая по тем временам сумма для рядового советского гражданина.

После смерти 9 февраля 1984 года главного инициатора «хлопкового дела» Андропова расследование проводилось в инерционном порядке. Комиссия Гдляна – Иванова распутывала криминальные связи и установила многочисленные случаи искажения данных о производстве хлопка («приписках»). В эту противоправную деятельность были вовлечены руководители различных уровней – от глав колхозов до высших должностных лиц республики. По данным В.И. Калиниченко, бывшего следователем по «хлопковому делу», за пятилетний период с конца 1970х по сердину 1980х годов общий ущерб народному хозяйству в результате завышения показателей по сбору хлопка составил 3 миллиарда рублей, из них 1,4 миллиарда были направлены на взятки. Разветвленная система взяточничества способствовала сокрытию «приписок». Взятки давали в форме наличности, драгоценных украшений, подарков, дорогих ужинов, почетных званий и назначений на важные должности. Взяточничество было повсеместным и рассматривалось как неотъемлемая часть системы управления в республике.

Как показало следствие, система взяток опутывала не только хозяйственные, партийные и государственные структуры Узбекистана, она вышла за республиканские границы, проникла в перерабатывающие регионы СССР и достигла советской столицы. В Москве стали понимать, что деятельность следственной комиссии Гдляна – Иванова начинала выходить за рамки обычного уголовного следствия, а стала приобретать политический характер. Опасаясь, что результаты следствия негативным образом скажутся на политической обстановке в стране и на положение отдельных политических институтов и государственных деятелей, ЦК КПСС создал специальную комиссию для проверки фактов нарушения законности при расследовании дел о коррупции в Узбекской ССР. Еще одна комиссия была организована при Президиуме Верховного Совета СССР. Теперь следователи Гдлян и Иванов стали основными объектами проверок.

Предугадывая действия властей, 19 января 1989 года Гдлян и Иванов провели в Москве пресс-конференцию, на которой раскрыли результаты следствия по «хлопковому делу» и обвинили партийное руководство страны в преступной деятельности. Они вмиг стали популярны. Многие газетные издания и телеканалы говорили о них как о борцах с коррупцией и злоупотреблениями в высших кругах партийной номенклатуры. В поддержку следователей проводили митинги в разных городах страны, им давали эфирное время на телевизионных передачах. На мартовских выборах 1989 года их избрали народными депутатами СССР и они получили иммунитет от уголовного преследования.

В мае 1989 года в отношении Гдляна и Иванова Прокуратура СССР возбудила уголовное дело по факту нарушения законности при проведении расследования в Узбекской ССР. На запрос Прокуратуры СССР о снятии с подозреваемых депутатской неприкосновенности и согласии привлечь их к уголовной ответственности I Съезд народных депутатов СССР постановил создать комиссию для проверки материалов, собранных следственной группой во главе с Гдляном при расследовании коррупционных дел в Узбекистане.

Политическая ситуация в стране внесла серьезные коррективы в развитие «хлопкового дела» и «дела следователей». В августе 1991 года связи с происходящим распадом Советского Союза дело Гдляна и Иванова было прекращено. В декабре 1991 года президент Узбекистана И.А. Каримов помиловал всех осужденных по «хлопковому делу», отбывающих наказание на территории страны. Самое масштабное в истории Советского Союза коррупционное дело завершилось вместе с крахом самого государства.

О других интересных преступлениях, произошедших в прошлом, можно прочитать в группе ВКонтакте История и Право.

Хлопковое дело

На Западе любят представлять СССР «Империей зла» или «Тюрьмой народов». На деле же «имперские интересы» Москвы выражались в том, чтобы, экономя на российских регионах, сохранить европейский облик Прибалтики, поддерживать винодельчество на Кавказе и сельское хозяйство в Средней Азии. «Большой брат» не столько напоминал «тюремщика», сколько добродушного увальня, которого братья меньшие бессовестно обманывали.

Например, аферы с хлопком в Узбекистане продолжались много лет и центральная власть это долго терпела. Еще 15 января 1948 года министр внутренних дел С.Н. Круглов информировал, что в период уборочной и заготовительной кампании хлопка-сырца 1947 года в Узбекской ССР было привлечено к уголовной ответственности 235 человек. А в числе методов, которые использовались преступниками, назывались хищения с использованием выписок приемщиками хлопка фиктивных квитанций колхозам. За взятки, естественно.

Прошло 35 лет. И только с приходом к власти Юрия Андропова, наконец, появилась политическая воля к распутыванию мафиозной паутины, которая в то время накрыла весь Узбекистан. На борьбу с ней была отправлена из Москвы следственно-оперативная бригада под руководством «важняков» из Генпрокуратуры Союза Тельмана Гдляна и Николая Иванова. Масштабы выявленных ими хищений и уровня коррупции во всех ветвях власти Узбекистана стали для страны настоящим громом среди ясного неба. Раскрытую ими грандиозную аферу окрестили сначала «бухарским делом», потом оно расширилось до «узбекского дела», которое позже из соображений политкорректности переименовали в «хлопковое дело».

Можно сказать, что началось то знаменитое «хлопковое дело» 27 апреля 1983 года, когда в Бухаре при получении взятки в тысячу рублей был задержан с поличным начальник ОБХСС УВД Бухарского облисполкома Музаффаров. Его доставили в областное УКГБ, а на обыске у него дома в сейфе обнаружили просто астрономические, немыслимые для простого советского человека ценности: 1 131 183 рубля, золотые монеты и золотые изделия, всего на сумму в полтора миллиона рублей. Оказавшись припертым к стенке, Музаффаров начал лихорадочно писать «явки с повинной», сдавая ближайших подельников. На основании его показаний был задержан директор Бухарского горпромторга Кудратов. У него изъяли более полумиллиона рублей наличными и несколько стеклянных фляг с ювелирными изделиями и золотыми монетами, всего на сумму более 4 миллионов рублей. Потом по цепочке аресты и изъятия пошли дальше и выше.

Эти первые атаки на мафию чекистов и московских прокурорских следователей так всполошили верхушку власти в республике, что ЦК КПСС Узбекистана, который Гдлян и Иванов называли «штабом мафии», добились снятия со своих постов второго секретаря ЦК Компартии Узбекистана («ставленника Москвы») и председателя УКГБ республики, содействовавшему столичной следственной группе. После того, как после смерти Андропова главой государства стал Черненко, всем показалось, что «бухарское дело» спустят на тормозах. Однако благодаря инерционности громоздкой советской государственной машины оно продолжилось и принесло новые громкие результаты.

В 1984 году Черненко дал согласие на арест Первого секретаря Бухарского обкома партии Каримова. За несколько десятилетий это был первый случай привлечения к уголовной ответственности партийного функционера столь высокого ранга. Хотя Каримов к тому времени успел рассовать свои богатства по тайникам, но Гдляну и Иванову удалось их разыскать. Вот как они писали об их изъятии: «Со дна арыков, под деревьями в заброшенном саду, в гончарной мастерской, из стен – откуда только не извлекались каримовские богатства. Молочные бидоны, доверху набитые ювелирными изделиями, асбестовые трубы с упакованными в них золотыми монетами, банки из-под кофе с кольцами и ожерельями».

По материалам дела прослеживалась система в поведении чиновников-мздоимцев. Они, как древние эмиры, обкладывали данью всех, кто хоть как-то зависел от них. Чиновники ниже рангом сначала давали им взятки за назначение на должность, а потом с поклоном несли «квартальные», «отпускные», «праздничные» и разные внеплановые подати. Несли деньгами, золотом, золотошвейными халатами – чапанами, сырым и вареным. Эта система поборов опутала всю республику, а ниточки ее вели на самый верх – к «отцу нации» Шарафу Рашидову, почти четверть века возглавлявшему ЦК партии Узбекистана, скончавшемуся до скандала с «хлопковым делом». Но самое страшное, что система повального мздоимства экспортировалась из Узбекистана в Россию. Чтобы скрыть огромные приписки по производству хлопка, махинации перекинулись на перерабатывающую отрасль. В Россию под видом хлопка направлялись его отходы – линт и улюк, а то и просто пустые вагоны. Сложилась даже некая система расценок, взятка за пустой вагон составляла 10 тысяч, за вагон с отходами – 5-6 тысяч рублей.

В 1984 году руководство по расследованию «хлопкового дела» было поручено другому «важняку» из Генеральной прокуратуры СССР Владимиру Калиниченко. Позже он писал:

«Я провел планово-экономическую экспертизу за пять лет. Только за этот период минимальные – подчеркиваю, минимальные! – приписки хлопка составили пять миллионов тонн. За мифическое сырье из госбюджета – то есть из наших общих, всех граждан Советского Союза денег – были выплачены три миллиарда рублей.

По мнению Калиниченко 1,4 миллиарда из этих средств раздавались в виде взяток снизу доверху. Часть денег перепадала в Москву. Но среднеазиатские баи, льстиво заглядывавшие в глаза высоким московским чиновникам, в душе, вероятно, потешались над ними. Своим местным эмирам они несли деньги дипломатами, а сотрудников союзного министерства «покупали» задешево – за тысячу рублей или золотое колечко.

По этому поводу Владимир Калиниченко написал очень образно:

«Беря эти мизерные суммы, они подписывали документы, которые позволяли воровать сотни тысяч, миллионы рублей, приобретать золотые изделия килограммами… Я их всегда спрашивал: «Вас чисто по-человечески не унижало, что дельцы, которые гребли миллионы, вам давали копейки? Они же просто презирали вас как законченных мразей, которым достаточно налить бутылку водки, грубо говоря, накрыть стол в кабаке».

«Хлопковое дело», стало самым масштабным коррупционным делом в СССР. Была установлена причастность к грандиозной афере более 20 тысяч человек, правда из них осуждено около 4,5 тысяч. Из них 430 руководителей колхозов и совхозов, 84 директора хлопковых заводов, 60 партийных работников и сотрудников МВД и прокуратуры. Самым высокопоставленным фигурантом дела стал первый секретарь ЦК КП Узбекистана Инамжон Усманходжаев, который в 1989 году был приговорен к 12 годам лишения свободы. А министр хлопкоочистительной промышленности Узбекской ССР Усманов и начальник ОБХСС Бухарской области Музафаров были приговорены к высшей мере наказания – расстрелу, который, правда, был заменен им позже лишением свободы.

Казалось, что справедливость восторжествовала. Однако все оказалось в действительности не так оптимистично. 25 декабря 1991 года Президент Узбекистана Каримов помиловал всех осужденных по «Хлопковому делу», отбывавших наказание на территории республики. А еще раньше в СССР главных борцов с коррупцией Тельмана Гдляна и Николая Иванова сделали «врагами народа». Якобы они боролись с невинными людьми и действовали недопустимыми методами. В мае 1989 года Прокуратура СССР возбудила в отношении своих следователей уголовное дело по обвинению в нарушениях законности при проведении расследований в Узбекистане. Спасло Гдляна и Иванова только то, что к тому времени они были избраны народными депутатами СССР. Однако из прокуратуры их с треском уволили.

Читайте также:  В 2021 году России грозит финансовый кризис: мнение экспертов

Но самым страшным последствием «Хлопкового дела» стало то, что на его примере российским чиновникам стало стыдно, что они продавались узбекам «за бутылку водки». Теперь взятки в Москве давно перекрыли узбекские масштабы. А среднеазиатские нравы с подношениями за должность и благоволение прочно въелись в уклад жизни как первопрестольной, так и других российских городов.

«Хлопковое» дело

В 1986 году Советский Союз жил в предчувствии перемен. Перестройка была в самом разгаре, руководил страной Михаил Горбачев. На XXVII съезде Коммунистической партии генеральный секретарь объявил курс на демократизацию общества и ускорение социально-экономического развития. На съезде впервые прозвучал термин «рашидовщина», ставший синонимом взяточничества, феодализма, клановости. Делегаты от Узбекистана, будто соревнуясь, докладывали о преступной роли своего вчерашнего кумира – первого секретаря ЦК компартии Узбекистана Шарафа Рашидова.

Пройдет год или два, и многих из тех, кто с трибуны съезда говорил о рашидовщине и необходимости борьбы с коррупцией, сами окажутся под следствием. А «хлопковое» дело бумерангом ударит по партии и нанесет ей смертельный удар.

Что же на самом деле происходило в Узбекистане? Каков был механизм колоссальной махинации, ускорившей развал СССР? Кто раскрыл эту аферу?

Проблемы, связанные с хищениями и взяточничеством в Узбекистане, возникли в середине семидесятых, когда о хлопке речь еще не шла. Первое уголовное дело, связанное со взяточничеством высокопоставленных должностных лиц, прокуратура возбудила в 1975 году: к уголовной ответственности привлекли председателя Президиума Верховного Совета республики и председателя Верховного суда Узбекистана. Вышли на председателя Совета национальностей Верховного Совета СССР Ядгар Насриддинову. Следствию удалось собрать достаточно серьезные материалы о получении Ядгар взяток, но в самый последний момент из-за вмешательства Брежнева расследование притормозили.

В 1979 году было открыто еще несколько дел. В одном (по обвинению цеховиков объединения «Гузал») фигурировали левые подпольные цеха, в другом, возникшем параллельно, обвинение предъявили начальнику ОБХСС Бухарской области Музаффарову и председателю облпотребсоюза Кудратову. Расследование этого дела поручили старшему следователю по особо важным делам при Генеральном прокуроре СССР Тельману Гдляну, который выехал в Бухару. От Музаффарова ниточки мздоимства потянулись на самый верх, к «отцу нации» Шарафу Рашидову, почти четверть века возглавлявшему ЦК компартии Узбекистана.

Можно не сомневаться, что при жизни Рашидова (а он был тяжелобольным человеком, ездил в сопровождении реанимации и скончался прямо на трассе по пути в Джизак), ни при жизни Брежнева «хлопковое дело» не возникло бы. Это стало возможно только при Юрии Андропове, занявшем пост генерального секретаря в конце 1982 года. Андропов готовился к тотальной перестройке Советского государства. От крупных неприятностей номенклатуру спасла его неожиданная смерть, но первый удар он нанести успел.

Выбор Узбекистана под полигон для «борьбы с коррупцией» вряд ли был случайным. Еще будучи председателем КГБ, Юрий Андропов получил подробный доклад известного ученого-хлопковода академика Мирзаали Мухамеджанова. Документ расшифровывал механизм приписок по всей технологической цепочке – от поля до завода. «Хлопковое» дело было задумано как первое в цепочке чисток высшего эшелона власти советских республик. В Узбекистане высадился мощный следовательский десант. В Москве и Московской области работники КГБ арестовали нескольких руководителей хлопкоочистительных объединений Узбекистана и директоров хлопкозаводов.

Сменивший Андропова тяжело больной Константин Черненко не захотел, а вероятнее всего, не смог или не успел свернуть расследование. По инерции андроповская линия была продолжена, хотя борьба с мафиозными группами на периферии осуществлялась уже не столь активно.

Следственная группа возбудила уголовные дела против большой компании узбекских партийных функционеров, включая первого секретаря ЦК компартии Узбекистана, секретарей ЦК, обкомов, горкомов, райкомов, министров, а также руководителей МВД республики и областных управлений внутренних дел. Впервые на скамье подсудимых оказались люди, считавшиеся неприкосновенными. Круговая порука позволяла им чувствовать себя в полнейшей безопасности, какие бы нарушения закона ими ни совершались.

К началу 1984 года группа Гдляна уже четко определилась в приоритетах, методике и тактике следствия. На первом этапе ее внимание занимали две основные персоны: первый секретарь Бухарского обкома партии Каримов и министр внутренних дел Эргашев.

«Белым чистым листом бумаги» именовал себя в первые дни ареста Каримов, твердивший, что раскаиваться ему не в чем. Довольно скоро, правда, обитатель Лефортовской тюрьмы одумался и начал давать показания. Почти ежедневно от него поступали собственноручно написанные заявления с новыми фактами и обстоятельствами получения взяток. И в то же время Каримов твердил, что беден, как церковная мышь.

Бывший первый секретарь лукавил. На его родине в Кашкадарьинской области удалось изъять принадлежащие ему ценности на шесть миллионов рублей. Со дна арыков, под деревьями в заброшенном саду, в гончарной мастерской, из стен – откуда только ни извлекались каримовские богатства. Три 100-литровых молочных бидона, доверху набитые ювелирными изделиями, асбестовые трубы, с упакованными в них золотыми монетами, банки из-под кофе с кольцами и ожерельями.

Позже следователям прокуратуры СССР ставили в вину, что при обысках в Узбекистане они не утруждали себя описанием каждой изъятой из тайника драгоценности, и это бросало тень на честность самих следователей. Однако надо учесть следующее обстоятельство. Под началом Гдляна и его помощника Николая Иванова работало более двухсот следователей, и если бы руководители группы решили сами переписать каждую изъятую вещь, только эта работа заняла бы месяцы! Драгоценности на месте взвешивались и опечатывались, а затем под охраной направлялись в КГБ или прокуратуру, где специальная комиссия снимала печать и тщательно переписывала каждый предмет.

Хлопок – сырье стратегическое, и, видимо, как политик Брежнев хотел пустить пыль в глаза внешним врагам, тем же американцам, показать завидный экономический расцвет СССР. В Узбекистан поступали нескончаемые приказы об увеличении добычи хлопка. В ответ узбекская элита докладывала все более высокие цифры по ирригации полей и урожаям хлопка с помощью «приписок».

Один из обвиняемых, бывший первый секретарь Коммунистического райкома партии (Ташкентская область) У. Мирзакулов поведал следователям о сложившейся системе приписок и хищений: «К началу хлопковой страды обком партии утверждает график сбора хлопка, устанавливает определенный процент ежедневного съема хлопка-сырца и сурово следит за его соблюдением. На основании обкомовского графика партии дает соответствующую разнарядку колхозам и совхозам. Там видят: или темпы нереальны, или положенного планом количества хлопка попросту не набрать. И тогда они идут с поклоном (на этот поклон и был с самого начала расчет) на хлопкозавод – за бумагой о приемке несуществующего хлопка-сырца. Конечно же идут не с пустыми руками – с подарками и деньгами, полученными по фиктивным табелям за выполненные работы».

Приписки хлопка, – а они совершались в республике в потрясающих размерах, – нужно было скрывать, поэтому махинации переносятся в отрасль по переработке хлопка-сырца и в легкую промышленность. Начинается усушка, утруска, угарка на заводах. Под видом хлопка шестого сорта поставлялись его отходы – линт и улюк. И вот по железным дорогам СССР курсируют пустые вагоны (но как бы заполненные по завязку), а в пассажирских вагонах едут представители хлопкозаводов, в портфелях которых – фиктивные документы, где утверждается, что пустые вагоны доверху забиты хлопком, Для того чтобы на фабриках закрывали глаза на качество и количество сырья, давали взятки. За пустой вагон такса была десять тысяч рублей, за полупустой с пересортицей – от пяти до шести тысяч.

На ткацких, швейных предприятиях Ивановской и многих других областей России, Украины и других республик руководители фабрик и комбинатов чемодан с деньгами принимают, взамен дают документы, в которых утверждается, что вагоны получили, и не пустые, а полные. И теперь вал приписок и списаний прокатывается уже здесь.

В результате планы партии, они же социалистические обязательства, выполнены досрочно. Райком рапортует в обком, последний – в ЦК, на всех площадях Ташкента и областных центров вывешиваются огромные транспаранты об очередной трудовой победе – сборе пяти-шести миллионов тонн хлопка. Рашидов рапортует Брежневу об очередной победе и направляет в Москву представление о присвоении званий Героев Социалистического Труда, представления к орденам. Те, кто уже наворовал миллионы на приписках хлопка, получают уже не мнимые, а настоящие награды и почести.

После серии арестов, произведенных в начале 1984 года, «хлопковое» дело поручили вести следователю по особо важным делам при Генеральном прокуроре СССР Владимиру Калиниченко. Перед следствием была поставлена задача: выявить механизмы приписок хлопка, установить реальные суммы взяток, которые исчислялись уже сотнями тысяч рублей (разовая достигала 200–300 тысяч и более), выяснить, как эти деньги расхищались, вычленить систему приписок, хищений и взяточничества и завершить расследование в сжатые сроки.

«Когда перед нами поставили задачу выявить главных организаторов приписок, – вспоминает Калиниченко, – мы вышли на министра хлопкоперерабатывающей промышленности Узбекистана Усманова и практически всех его заместителей. Это было отдельное уголовное дело, которое ушло в суд, а всего их закончено несколько десятков».

Было установлено, что ежегодные приписки хлопка составляли не менее миллиона тонн, то есть реально в лучшие, урожайные годы, при хороших погодных условиях в республике могли собрать не более пяти миллионов тонн, а в отчетности было шесть миллионов. И государство платило за шесть. А сколько при этом оседало в карманах? «Я провел планово-экономическую экспертизу за пять лет, – продолжает Калиниченко. – Только за этот период минимальные – подчеркиваю, минимальные! – приписки хлопка составили пять миллионов тонн. За мифическое сырье из госбюджета – то есть из наших общих, всех граждан Советского Союза денег – были выплачены три миллиарда рублей. Из них 1,6 миллиарда потрачены на инфраструктуру, которая создавалась в Узбекистане: на дороги, школы, больницы, а 1,4 миллиарда – заработная плата, которую никто не получал, потому что продукции произведено не было. Иными словами, только на приписках за пять лет похищены, как минимум, 1,4 миллиарда рублей. Эти деньги раздавались в виде взяток снизу доверху».

Часть средств уходило в Москву. По данным следствия, взятки получали ответственные работники из центрального аппарата, из союзного министерства. Но их масштабы не впечатляют. Один получил тысячу, другой – полторы, а третий – золотое кольцо. «Независимо от размера взятки я никого не оправдываю, и тем не менее факты – упрямая вещь, – говорит Калиниченко. – Беря эти мизерные суммы, они подписывали документы, которые позволяли воровать сотни тысяч, миллионы рублей, приобретать золотые изделия килограммами… Я их всегда спрашивал: “Вас чисто по-человечески не унижало, что дельцы, которые гребли миллионы, вам давали копейки? Они же просто презирали вас как законченных мразей, которым достаточно налить бутылку водки, грубо говоря, накрыть стол в кабаке”… По-разному реагировали. Охали, ахали… Я это к чему веду? Баснословные взятки в Москву не поступали…»

К началу 1989 года судами было рассмотрено 790 дел этой категории, по которым значилось более 20 тысяч человек, вовлеченных в преступную деятельность. Эта цифра, конечно, поражает, но из этих двадцати тысяч к уголовной ответственности было привлечено всего 4500 человек, из которых только 700 были арестованы.

Среди осужденных же по так называемым хлопковым делам: 430 директоров совхозов и председателей колхозов и 1300 их заместителей и главных специалистов; 84 директора хлопковых заводов и 340 главных специалистов этих заводов; 150 работников легкой промышленности Узбекистана, РСФСР, Украины, Казахстана, Грузии и Азербайджана; 69 партийных, советских работников, работников МВД и прокуратуры. Среди привлеченных к уголовной ответственности русских и узбеков было практически поровну.

Когда в Узбекистане арестовали всех, кого можно, следователи группы Гдляна – Иванова потянули за ниточку дальше, и она привела в Москву. Арестовав попутно зятя Брежнева, бывшего первого заместителя министра внутренних дел Юрия Чурбанова, следователи занялись представителями самых высших эшелонов власти. Они говорили, что «узбекское» дело – на самом деле только часть дела «московского» и главные коррупционеры сидят в Кремле.

19 октября 1988 года был арестован по подозрению во взяточничестве бывший первый секретарь ЦК КП Узбекистана И. Усманходжаев. На допросах он охотно рассказывал, как давал деньги союзным министрам, руководителям правоохранительных органов, секретарям ЦК КПСС, членам Политбюро. Властям это не понравилось. В результате Гдлян и Иванов были отстранены от дальнейшего ведения дела Генеральным прокурором СССР Сухаревым.

Как по команде хвалебные статьи и репортажи сменились разоблачениями: оказывается, следователи грубо попирали закон, не соблюдали никаких процессуальных норм. А как же золото и купюры в тайниках? Газеты разъясняли: тайники с сокровищами в Узбекистане обнаружили не Гдлян с Ивановым, а аппарат КГБ, который провел за них всю основную работу. Иванов и Гдлян присвоили себе плоды чужого расследования, чтобы спекулировать на чувствах советского народа.

Гдлян Тельман Хоренович

Борьба была долгой. Власти выкидывали строптивцев из прокуратуры, пытались арестовать, народ вставал на защиту своих любимцев, а сам Гдлян грозился выбросить на суд публики чемоданы с «кремлевским» компроматом. В ответ фигуранты «узбекского дела» подали иск на следственную группу, обвиняя ее в «выбивании» показаний.

На трех cъездах народных депутатов СССР это дело находилось в центре внимания, было предметом острых дискуссий и обсуждений. Неоднократно возвращались к нему и на сессиях Верховного Совета.

Все окончилось спокойно: Гдляна с Ивановым не посадили, чемоданы с компроматом, наверное, до сих пор пылятся где-то на чердаке. Несмотря на все громкие заявления, никто из высшего партийного руководства бывшего Советского Союза к уголовной ответственности как взяткополучатель привлечен не был. «Хлопковое» дело развалилось само собой, вместе с распадом Советского Союза и уходом в небытие прокуратуры СССР.

Хлопковое дело в Узбекистане: коррупция в СССР

Первые попытки расследования дел о коррупции и взяточничестве среди высокопоставленных руководителей в Узбекской ССР относятся к середине 1970-х годов. Так, ещё в 1975 году к ответственности был привлечен Председатель Верховного Суда УзССР. В поле зрения правоохранительных органов попала тогда и Я. С. Насриддинова, Председатель Совета Национальностей Верховного Совета СССР в 1970—1974 годах; однако, в силу её влияния на Л. И. Брежнева расследование было приостановлено. [3]

В 1979 году обвинения в совершении экономических преступлений предъявили начальнику ОБХСС Бухарской области А. Музафарову и начальнику горпромторга Ш. Кудратову. В 1982 году расследование этого дела было поручено Т. Х. Гдляну.

После смерти Л. И. Брежнева, последовавшей 10 ноября 1982 года, и избрания 12 ноября того же года Ю. В. Андропова на пост Генерального секретаря ЦК КПСС расследование коррупционных злоупотреблений в Узбекистане получило новый стимул, что объясняется, во-первых, длительным пребыванием Ю. В. Андропова на посту Председателя КГБ СССР и, как следствие этого, наличием у него информации о действительном положении дел в республике, во-вторых, неприязненными отношениями, сложившимися ранее между Андроповым и Рашидовым, Первым секретарём ЦК Компартии Узбекистана.

В начале января 1983 года Андропов сделал Рашидову устный выговор, фактически означавший предложение о добровольной отставке. Однако Рашидов в отставку не ушёл.

Читайте также:  Расчет при покупке квартиры: обзор возможных вариантов

В феврале того же года Политбюро ЦК КПСС приняло Постановление о расследовании злоупотреблений в хлопководстве Узбекистана и поручило Прокуратуре СССР создать следственную комиссию.

В начале апреля 1983 года такая комиссия была создана, её работу возглавили Т. Х. Гдлян и Н. В. Иванов. От Генпрокуратуры Союза ССР работу комиссии курировал начальник следственной части союзной Прокуратуры Г. П. Каракозов.

31 октября 1983 года Ш. Р. Рашидов скоропостижно скончался. [4] Его похоронили в самом центре Ташкента, недалеко от Дворца пионеров. Был разработан проект строительства мемориального комплекса, который должен был стать местом паломничества трудящихся.

В начале 1984 года было начато расследование собственно «хлопкового дела»: управление Комитета государственной безопасности по Москве и Московской области арестовало на территории России нескольких руководителей хлопкоочистительных объединений Узбекистана и директоров хлопкозаводов. После серии арестов, произведённых в начале 1984 года, в июне расследование поручили В. И. Калиниченко. Т. Х. Гдлян формального отношения к расследованию «хлопкового дела» не имел.

Летом 1984 года в Ташкент прибыла группа сотрудников ЦК КПСС во главе с секретарем ЦК КПСС Е. К. Лигачёвым для проведения XVI Пленума ЦК КП УзССР по избранию нового Первого секретаря вместо Ш. Р. Рашидова. На Пленуме все выступавшие, которые ещё недавно клялись в верности памяти Рашидова, разоблачали его как деспота, коррупционера, взяточника, нанёсшего непоправимый ущерб узбекскому народу. Его обвиняли в преследовании честных людей, осмелившихся говорить ему правду, создании в республике обстановки раболепия и лизоблюдства, кумовства. По решению Пленума прах Рашидова эксгумировали и перезахоронили на Чагатайском кладбище, где покоятся видные деятели культуры и науки, общественно-политические деятели республики. 1-м секретарём ЦК КП УзССР был избран И. Б. Усманходжаев.

Новое продолжение событий по расследованию Узбекского дела получило после XIX конференции КПСС, на которой главный редактор «Огонька» обратился в Президиум с запиской, что среди «уважаемых» людей находятся и такие, которым место за решеткой. Срочно была создана специальная бригада следователей, в которую в основном входили Следователи по особо важным делам при Прокурорах Союзных или Автономных Республик или Областей.

Т. Х. Гдлян резко воспринял так называемую Прибалтийскую группу, возглавляемую следователями по особо важным делам при Прокуроре Латвийской ССР — Я.Л и А. Б., которые стали возражать методам работы бригады Гдляна, в основу которых был положен «партийный заказ», а не соблюдение законности. Тем не менее, данная группа стала работать именно на основе закона, поэтому, после того как был свернут «зеленый свет» работы группы и всё дело начало сыпаться, расследованные эпизоды этой группой были надежно процессуально закреплены. В данную группу, которая была самой большой в 1989 году, входили следователи из различных регионов России, Украины, Белоруссии, Узбекистана, а также прикомандированный следователь КГБ СССР С. Ц.

Завершение и итоги дела

Расследования по «Узбекскому делу» продолжались до 1989 года. Было произведено несколько «громких» арестов, в том числе, были арестованы, а затем осуждены: к высшей мере наказания — бывший министр хлопкоочистительной промышленности Узбекистана В. Усманов, вышеупомянутый А. Музафаров; к разным срокам лишения свободы: зять Л. И. Брежнева Ю. М. Чурбанов, первый секретарь ЦК КП Узбекистана И. Б. Усманходжаев, бывшие секретари ЦК компартии республики А. Салимов, Е. Айтмуратов и Р. Абдуллаев, первые секретари обкомов: Ташкентского — Мусаханов, Ферганского — Умаров, Наманганского — Раджабов, Каракалпакского — К. Камалов, Бухарского — Абдувахид Каримов и сменивший его И. Джаббаров, Сурхандарьинского — Абдухалик Каримов, бывший председатель Совета Министров республики Н. Д. Худайбердыев, глава Папского районного агропромышленного комплекса Наманганской области А. Адылов, генералы МВД республики Яхъяев, Норов, Норбутаев, Джамалов, Сатаров, Сабиров, полковник Бегельман и т. д. Некоторые фигуранты расследования покончили с собой (К. Эргашев, Г. Давыдов, Р. Гаипов; ходили слухи о самоубийстве и самого Рашидова).

Привлечённый в качестве обвиняемого по делу И. Б. Усманходжаев стал давать показания о причастности к коррупции отдельных членов Политбюро ЦК КПСС — Е. К. Лигачёва, В. В. Гришина, Г. В. Романова, М. С. Соломенцева, члена ЦК КПСС И. В. Капитонова.

В марте 1989 года Т. Х. Гдлян и Н. В. Иванов избираются народными депутатами СССР. В это же время в центральных газетах («Правда», «Известия») начинают появляться публикации, критикующие методы работы Т. Х. Гдляна и возглавляемой им следственной группы.

24 марта 1989 года создаётся специальная комиссия ЦК КПСС во главе с Б. К. Пуго, которой поручено «проверить факты… о нарушениях законности при расследовании дел о коррупции в Узбекской ССР и о результатах доложить в ЦК КПСС».

Аналогичная комиссия была создана и при Президиуме Верховного Совета СССР. [5]

Обе комиссии пришли к выводу, что в деятельности следственной группы, расследовавшей «Узбекское дело», были допущены «нарушения социалистической законности».

В апреле 1989 года Пленум Верховного Суда СССР вынес частное постановление «о нарушениях законности, допущенных в ходе расследования бригадой следователей Прокуратуры СССР во главе с Т. Х. Гдляном». [6]

12 мая 1989 года, выступая в эфире Ленинградского ТВ, Н. В. Иванов прямо обвинил ряд высших партийных руководителей СССР (включая Е. К. Лигачёва), а также Председателя Верховного Суда СССР В. И. Теребилова в причастности к коррупции.

Е. К. Лигачёв обратился в Прокуратуру СССР с заявлением о проверке данного утверждения. 14 сентября 1989 г. Генеральный прокурор СССР А. Я. Сухарев направил на имя М. С. Горбачёва письмо № 1-5-102-89, в котором сообщал, что

свои показания Усманходжаев изложил в самой общей форме, пояснив лишь, что первый раз якобы передал взятку в «дипломате» в Ташкенте в июне 1984 г., когда Лигачёв Е. К. приезжал для участия в работе XVI Пленума ЦК КП Узбекистана, и второй раз — также в «дипломате» в ноябре того же года в здании ЦК КПСС, когда находился в Москве в связи с подготовкой к 60-летию Узбекской ССР. Однако спустя несколько дней, уже 1 ноября 1988 г., на допросе, проводившемся Васильевым А. Д. и Московцевой С. В., Усманходжаев заявил, что оговорил Лигачёва Е. К., денег ему не давал [7]

В мае 1989 года Прокуратура СССР возбудила уголовное дело по обвинению Т. Х. Гдляна и Н. В. Иванова в нарушениях законности при проведении расследований в Узбекистане. Поскольку обвиняемые были к тому времени избраны народными депутатами СССР, Генеральный прокурор СССР направил на I Съезд народных депутатов СССР представление о даче согласия на привлечение Т. Х. Гдляна и Н. В. Иванова к уголовной ответственности. I Съезд в июне 1989 г. решил создать Комиссию для проверки материалов, связанных с деятельностью следственной группы Прокуратуры Союза ССР, возглавляемой Т. Х. Гдляном.

На суде 29 августа 1989 года обвиняемый по «хлопковому делу» Н. Д. Худайбердыев заявил, что показания против Ю. М. Чурбанова «выбивались» из него силой. [8]

В феврале 1990 года Т. Х. Гдлян был исключён из КПСС, а в апреле того же года — уволен из Прокуратуры СССР.

В апреле 1990 года Верховный Совет СССР, рассмотрев по поручению II Съезда народных депутатов СССР отчёт Комиссии, созданной на I Съезде, принял по нему следующее постановление:

… 2. Осудить бездоказательные заявления народных депутатов СССР Т. Х. Гдляна и Н. В. Иванова, порочащие Верховный Совет СССР, отдельных народных депутатов и должностных лиц, предупредить их, что в случае продолжения такой деятельности, ведущей к дестабилизации обстановки в стране, Верховный Совет СССР выступит с инициативой лишения их депутатской неприкосновенности.

3. Отклонить представление Генерального прокурора СССР о даче согласия на привлечение к уголовной ответственности народных депутатов СССР Т. Х. Гдляна и Н. В. Иванова. В связи с невозможностью продолжения их работы в прокуратуре СССР дать согласие на их увольнение из органов прокуратуры. Потребовать увольнения тех руководителей прокуратуры, которые не обеспечили надлежащего контроля за деятельностью следственных групп и способствовали тем самым нарушениям законности. Обязать народных депутатов СССР Т. Х. Гдляна и Н. В. Иванова выполнять законные требования следователей, ведущих дела о коррупции, взяточничестве и нарушениях законности, давать показания и участвовать в других следственных действиях [9]

Уголовное дело против Т. Х. Гдляна было прекращено только в августе 1991 года.

Мнения

  • Я. С. Насриддинова:

Каждый год Узбекистан отчитывался перед государством тремя миллионами тонн хлопка. А на деле — не поставлял и половины. Ну, в общем, приписка, обман, очковтирательство. В 83-м Андропов звонит Рашидову: «Шараф, 3 миллиона тонн будет?» — «Будет, Юрий Владимирович». И вот уже октябрь, а сдали только 20 % от намеченного. Тогда Рашидов собирает глав районов на актив: «Почему не сдаёте?» Молчат. Знают же, что хлопка нет. За три последующих дня на машине он объехал пол-Узбекистана — нет хлопка в республике. А вернулся в Ташкент, опять звонок Андропова: «Шараф, ну что, будет хлопок? Смотри, принимай меры. Если нет, учти, будешь иметь дело со мной». В тот же день Рашидов поехал домой и застрелился. [10]

… Коснёмся одного факта, что за всё время эта нашумевшая и кого-то напугавшая до смерти следственная группа, которая возглавлялась Гдляном и Ивановым, она за всё это время арестовала и привлекла к уголовной ответственности всего 62 человека. Где те тысячи, десятки тысяч, которые присваиваются Гдляну и Иванову? Второе: видя все эти безобразия, которые творились в хлопковых делах, которые расследовала Генеральная прокуратура СССР, другие следственные группы, которые к нам никакого отношения не имеют, но главным образом Прокуратура и МВД Узбекской ССР, видя все эти безобразия, что здесь речь идёт о том, чтобы отчитаться перед общественностью Советского Союза и каким-то образом выйти из этого положения, стали привлекать, я ещё раз говорю, по указанию из ЦК местного и тамошнего, не главарей и организаторов, а тех несчастных людей, которые вынуждены были выполнять незаконные преступные указания своего областного, республиканского и московского руководства по припискам, по всем этим безобразия. И видя, что массами сажают стрелочников в Узбекистане, мы вместе с Ивановым сочинили на 17 листах совершенно секретную докладную записку на имя Генерального секретаря ЦК Горбачёва с одним вопросом: остановите террор в Узбекистане. Привлекаются тысячи людей, косвенно вовлечённых во все это этими организаторами преступлений, которых мы привлекаем, главарей. [11]

  • Ю. М. Чурбанов:

Каракозов и Гдлян не скрывали, что судить будут не меня, что это будет процесс над бывшим Генеральным секретарём ЦК КПСС, над его памятью. Вот этому и было всё подчинено. Гдлян откровенничал: «Если бы вы не были зятем, вы бы нас не интересовали». Каракозов говорил то же самое. [12]

Как говорится, за что боролись, на то и напоролись. Против Иванова и Гдляна их оппоненты действовали теми же методами политического шантажа, которые с таким громким успехом применяли и сами следователи. Противодействие, равное действию, казалось, неминуемо должно было вывести из игры эти противоречивые (не разобрать уже: трагичные или фарсовые) фигуры. [13]

Официальная оценка в современном Узбекистане

Ещё 25 декабря 1991 года (то есть за день до юридического закрепления прекращения существования СССР) Президент Узбекистана И. Каримов помиловал всех осуждённых по «Узбекскому делу», отбывавших наказание на территории республики. [14]

Представители официальной исторической науки Узбекистана, оценивая описываемые события, отмечают, что «во всех бедах, свалившихся на население республики в связи с действиями присланных Москвой „борцов“ с коррупцией, повинны союзный центр и руководители компартии Узбекистана». [15]

Документальное кино

Источники

  • «Хлопковое дело» в Узбекистане
  • Владимир КАЛИНИЧЕНКО, бывший следователь по особо важным делам при Генеральном прокуроре СССР: «Всесильный министр МВД СССР Щёлоков принял решение о моем физическом устранении. В ответ на это Андропов приказал группе „Альфа“ меня охранять»//В гостях у Гордона. Первый национальный канал (Украина). 7 ноября 2004 г.
  • «Кремлёвское дело»
  • Гдлян Тельман Хоренович//Биография.ру
  • Собчак А. А. Хождение во власть. ГЛАВА 5 — СТРАСТИ ПО ГДЛЯНУ И ИВАНОВУ
  • Хлопковое дело на сайте cehowiki.com
  • «И одна ночь» (репортаж в журнале «Смена», 1988)

См. также

Эта статья или раздел нуждается в переработке.

Примечания

  1. «Хлопковое дело» в Узбекистане
  2. ГДЛЯН Т. Х.: – Запомните, Генеральный прокурор, не было и нет узбекского дела. Расследуемое нами дело скорее всего является московским, а если быть ещё точнее, то это – КРЕМЛЁВСКОЕ ДЕЛО… (шум в зале).
    Из хроники противостояния на I Съезде народных депутатов СССР.
  3. Владимир КАЛИНИЧЕНКО, бывший следователь по особо важным делам при Генеральном прокуроре СССР: «Всесильный министр МВД СССР Щёлоков принял решение о моём физическом устранении. В ответ на это Андропов приказал группе „Альфа“ меня охранять»//В гостях у Гордона. Первый национальный канал (Украина). 7 ноября 2004 г.
  4. По некоторым данным, покончил жизнь самоубийством (см.: Рашидов Шараф Рашидович (06.11.1917-31.10.1983))
  5. См.: Собчак А. Хождение во власть. Изд. 2-е. М., 1991. С. 111
  6. «Известия» от 27.04.1989 г.
  7. Цит. по: Меленберг А. НА ДМИТРОВКЕ, 15 — БЕЗ ПЕРЕМЕН. Последнее дело прокуратуры СССР//«Новая газета». 3 ноября 2003 г.
  8. См.: Чурбанов Ю. М. Мой тесть Леонид Брежнев. М., 2007. С. 198
  9. Постановление ВС СССР от 18.04.1990 г. № 1438-1 «О выводах Комиссии для проверки материалов, связанных с деятельностью следственной группы Прокуратуры Союза ССР, возглавляемой Т. Х. Гдляном»
  10. Изгнание из хлопкового рая
  11. Узбекское «хлопковое дело» почти четверть века спустя. Интервью с Тельманом Гдляном//Радио «Свобода». 18.06.2008 г.
  12. Чурбанов Ю. М. Мой тесть Леонид Брежнев. С. 188
  13. Собчак А. Хождение во власть. С. 120
  14. Злотницкая В. Адылов выпущен на волю//«Власть», № 50 [94] от 30.12.1991 г.
  15. Юнусова Х. Э. Социально-экономические процессы и духовная жизнь в Узбекистане в 80-х годах XX века. Автореферат диссертации … доктора исторических наук. Ташкент: [Академия наук Республики Узбекистан — Институт истории], 2009. С. 37

Wikimedia Foundation . 2010 .

Смотреть что такое “Хлопковое дело” в других словарях:

Узбекское дело — Хлопковое дело собирательное название для серии уголовных дел об экономических и коррупционных злоупотреблениях в Узбекской ССР, расследование которых проводилось в конце 1970 х 1980 х годах. Вызвало большой общественный резонанс в СССР .… … Википедия

Рыбное дело — (дело по Министерству рыбного хозяйства СССР) собирательное название для серии уголовных дел о коррупции и злоупотреблениях в Министерстве рыбного хозяйства СССР в конце 1970 х годов. Содержание 1 История 2 См. также 3 Примечания … Википедия

Сочинско-краснодарское дело — собирательное название для серии уголовных дел о коррупции и злоупотреблениях в г. Сочи, Краснодарский край, расследование которого проводилось в начале 1980 х годов. Содержание 1 История 2 См. также 3 … Википедия

Расследования Гдляна и Иванова — Хлопковое дело собирательное название для серии уголовных дел об экономических и коррупционных злоупотреблениях в Узбекской ССР, расследование которых проводилось в конце 1970 х 1980 х годах. Вызвало большой общественный резонанс в СССР .… … Википедия

Рашидов, Шараф Рашидович — В Википедии есть статьи о других людях с такой фамилией, см. Рашидов. Шараф Рашидович Рашидов узб. Sharof Rash >Википедия

Гдлян, Тельман Хоренович — Тельман Хоренович Гдлян … Википедия

Рашидов, Шараф — Шараф Рашидович Рашидов Sharof Rash >Википедия

Рашидов Ш. — Шараф Рашидович Рашидов Sharof Rash >Википедия

Рашидов Ш. Р. — Шараф Рашидович Рашидов Sharof Rash >Википедия

Рашидов Шараф Рашидович — Шараф Рашидович Рашидов Sharof Rash >Википедия

Ссылка на основную публикацию