Сколько людей в России живет за чертой бедности

Эксперты: в России не 20, а более 35 миллионов бедных

Количество бедных в России в последние годы колеблется вокруг цифры в 20 млн человек. Это более 13% от всего населения страны. Таковы подсчеты Росстата.

На самом деле данные официальной статистики не отражают реальной картины. По-настоящему бедных значительно больше.

Сейчас «росстатовская» методика относит к бедным тех граждан, которые не могут получить минимум социальных благ и услуг, конкретный набор которых описан в потребительской корзине. Денежный эквивалент «корзины» называется прожиточным минимумом. Соответственно, бедный — тот, чей доход ниже величины прожиточного минимума. В среднем по всем группам населения прожиточный минимум сейчас составляет 11 160 рублей.

Лишения определяют бедность

Такой алгоритм расчета бедности — в привязке к прожиточному минимуму — называется монетарным, и, по мнению большинства экспертов, его нельзя признать корректным.

«Объективную картину можно получить, если к чисто денежному (монетарному) методу добавить так называемый депривационный», — говорит Елена Гришина, заведующая лабораторией Института социального анализа и прогнозирования Российской академии народного хозяйства и государственной службы (ИНСАП РАНХиГС).

Депривация (от латинского deprivatio — потеря, лишение) — это метод вычисления лишений, недополучения различных социальных благ. В этом случае бедным считается человек или семья, чье потребление товаров и услуг не соответствует принятому в обществе стандарту.

Депривационная модель выявляет, чего семья, домохозяйство не может себе позволить купить и в чем чувствует себя ущемленным, поясняет Татьяна Малева, директор ИНСАП.

Если применить «метод лишений», использованный тем же Росстатом в экспериментальном порядке, то уровень бедности в России составляет порядка 24,8-25,2% (около 36 млн человек), подсчитали в ИНСАП. То есть почти вдвое больше официального.

По словам Гришиной, чтобы понять реальный уровень бедности стандартной семьи с детьми, необходимо провести опрос как минимум по семи направлениям лишений: имущество, питание, финансовое положение, здоровье, социальная интеграция, образование и развитие детей, жилищные условия.

«То есть это серия вопросов про то, можете ли вы удовлетворить свои потребности в питании, в приобретении одежды, в доступе к образованию, лекарствам и так далее. И не требуется высказывать отношение к своим возможностям, а нужно просто дать ответ: «да» или «нет»,

Например, показатель «социальной интеграции» включает в себя ответы на такие фантастические с точки зрения официальной статистики вопросы, как наличие или отсутствие «моральной поддержки от родственников и друзей». Есть вопрос даже про то, испытывают ли родители чувство одиночества.

Мясо, отпуск, автомобиль

В ЕС население до недавнего времени опрашивалось по девяти пунктам: способность справиться с неожиданными затратами; ежегодный отпуск в течение недели вне дома; способность погасить задолженности (по ипотеке, ренте, коммунальным услугам, платежам за покупки); возможность потреблять еду с мясом, курицей, рыбой или вегетарианским эквивалентом раз в два дня; возможность поддержания дома в тепле; наличие стиральной машины; наличие цветного телевизора; наличие телефона; наличие легкового автомобиля.

Семья считалась бедной, если по четырем из девяти пунктов ответ был отрицательный. Но со временем, по мере роста уровня жизни, часть показателей из этого перечня утратила актуальность.

Наличие или отсутствие телевизора, стиральной машины и телефона при обследовании домохозяйств были исключены или остались в ряде стран на добровольной основе.

С 2016 года в странах ЕС на регулярной основе осуществляется сбор информации по семи новым пунктам.

На индивидуальном уровне задаются вопросы, что человек может или хотел бы себе позволить: компьютер и доступ к интернету для личного использования дома; заменить изношенную одежду на новую; две пары хорошо сидящей обуви (включая пару всесезонной обуви); совместный ужин (обед) с друзьями/ родственниками, по крайней мере, раз в месяц; регулярное участие в мероприятиях досуга и отдыха; тратить небольшие суммы денег на собственные нужды каждую неделю.

На уровне домохозяйства выяснялось, может ли оно позволить себе заменить ветхую (старую) мебель на новую.

Хуже всего семьям с детьми

РАНХиГС проводил опрос населения методом депривации (порядка 3 тысяч человек) в мае 2017 года.

Итоги опроса шокируют: доля бедных семей с детьми составила 23,4%.

В частности, среди неполных семей с детьми уровень бедности просто зашкаливает — 35%, среди многодетных семей — 39%, опекунских и приемных семей — 40%, семей с ребенком-инвалидом — 37%. Наконец, за чертой бедности находятся 43% семей с детьми, в которых матери имеют возраст старше 50 лет.

Семьи с детьми — самая массовая группа бедных в России. Они составляют более половины от общего количества семей, чьи доходы ниже прожиточного минимума, отмечает Гришина. Например, среди семей, которые не в состоянии оплатить непредвиденные расходы, доля имеющих на иждивении одного-двух детей составляет 66%, в семьях с тремя детьми и более этот риск увеличивается до 78%.

По данным за 2017 год, половина всех многодетных семей в России, если считать депривационно, — бедные. Среди обычных семей с детьми за чертой бедности 25%.

«Обычная среднестатистическая российская семья при появлении второго ребенка может легко оказаться в бедности. Это аномалия. У немцев такого нет. У американцев нет. Там нормой является двух-трехдетная семья — это символ американского благополучия. Это Голливуд. Это американская мечта. А у нас это риск бедности», — возмущается Малева.

Официальная статистика предпочитает не замечать и работающих бедных. Но по факту таких людей немало, и это растущий тренд, учитывая стагнацию и снижение доходов россиян в 2014-2017 гг.

Портрет российской бедности

В Росстате утверждают, что готовы внедрять европейский метод идентификации бедности и понимают, насколько он важен. По словам начальника управления статистики уровня жизни и обследований домашних хозяйств Росстата Елены Фроловой, портрет бедности будет совсем иной, если использовать метод депривации.

Например, пенсионеры формально не считаются бедными по традиционным методикам, поскольку стандартная пенсия выше прожиточного минимума. Но если пенсионер вынужден содержать неработающего иждивенца, то он фактически является бедным и даже нищим.

Но монетарные методы учета эту бедность не фиксируют, и, соответственно, пенсионер, кормящий, например, усыновленного ребенка, не имеет права на социальные доплаты со стороны государства.

По словам Фроловой, методологически внедрение депривационной модели учета бедных возможно уже с 2019 года. По крайней мере, Росстат имеет такую цель и неоднократно проводил соответствующие опросы среди россиян.

Готовности Росстата и экспертного сообщества к использованию новой методики недостаточно. Для того чтобы правильно считать бедных и реально нуждающихся, нужна политическая воля. Как видит Кремль решение проблемы бедности, известно.

Президент Владимир Путин поставил новому правительству задачу за шесть лет как минимум вдвое снизить уровень бедности в стране. Но речь, естественно, идет о текущих цифрах, основанных на прожиточном минимуме.

По большому счету, сколько действительно бедных и нищих, в России точно не знает никто. Насколько репрезентативными можно считать опросы РАНХиГСа и недавние опыты Росстата, непонятно. Но нет никаких сомнений, что правительство урежет это «неизвестно сколько» бедных как минимум вдвое.

Новая статистика ужаснула: бедных россиян стало на полмиллиона больше

На грани нищеты теперь живут 21 млн наших соотечественников

30.07.2019 в 17:52, просмотров: 18454

Мы привыкли, что «на бумаге» Россия живет хорошо. Так вот случилось страшное: даже госстатистика не смогла скрыть ухудшения. Росстат отчитался, что в стране увеличилось число бедных — на полмиллиона человек. Теперь, только по официальным данным, в России живет почти 21 млн нищих.

Значит, в реальности все еще хуже. Тем временем правительство уже второй год трудится над исполнением нацпроекта по сокращению бедности в два раза. Чтобы люди жили лучше, в стране повысили прожиточный минимум. Парадокс, но из-за него и стало больше официальных нищих, сделали вывод в Росстате.

К бедным в нашей стране теперь можно причислить 14,3% населения. Такой показатель фиксирует Росстат за I квартал этого года. В аналогичном периоде 2018-го их было 13,9%. В целом в 2018 году живущих за чертой бедности было значительно меньше, чем сейчас, — 18,4 млн россиян (12,6% населения). Это люди, чьи денежные доходы ниже прожиточного минимума — 10,75 тыс. рублей в среднем по стране. При этом в их числе оказываются и те, кто получает «нормальную зарплату» (в среднем месячный оклад в России — 30–40 тыс. рублей), но воспитывает детей: при делении общего дохода семьи на всех членов оказывается, что домохозяйство находится на грани нищеты. Семей с детьми среди бедных большинство, на втором месте по численности — пенсионеры. Такую модель бедности в правительстве назвали «уникальной», подобрав удачный эвфемизм. На самом деле картина пугающая. У бедности в России лицо ребенка и старика.

Как рассказала директор Института социального анализа и прогнозирования РАНХиГС Татьяна Малева, как правило, в рыночной экономике основную часть бедных составляют безработные, инвалиды и многодетные семьи. «В России даже появление второго ребенка почти в половине случаев означает, что домохозяйство окажется за чертой бедности», — поясняет она.

Подсчет числа бедных по прожиточному минимуму называется абсолютным подходом. Многие эксперты в социальной области критикуют Росстат за эту методику. С этого года статистическое ведомство обновило методологию, но не принципиально. Под черту бедности по-прежнему попадают те, чьи доходы в домохозяйстве ниже прожиточного минимума, но теперь Росстат уделяет больше внимания зарплатам, снизив в структуре доходов дивиденды от подработки, собственности и других дополнительных средств.

Альтернатив определению уровня бедности по прожиточному минимуму несколько, отмечает Татьяна Малева. «В Европе используют относительный подход. Там к бедным причисляют тех, кто имеет доход в 2 раза меньший, чем заработок среднестатистического гражданина. Еще есть депривационный подход: он выясняет, многих ли товаров и услуг люди не могут себе позволить. Тех, кто экономит на продуктах питания, одежде, образовании и медицине, относят к бедным. Если в России применить этот подход, то мы получим не 14% бедного населения, а все 30%», — заметила наша собеседница.

Существует еще один метод оценки — «субъективный», когда у самих людей спрашивают, считают ли они себя бедными. Обычно эта методика показывает самые неприятные для власти результаты. Недавние опросы показывают, что своим материальным положением удовлетворена лишь десятая часть россиян. По данным ФОМ, нищими считают себя 28% населения, причем 12% из них зарплаты не хватает даже на продукты. Опрос «Левада-Центра» показал, что у 65% семей нет финансовых сбережений. В совсем свежем исследовании портала Superjob обнаружилось, что 29% работников не смогут уйти в отпуск и продолжат трудиться весь год из-за нехватки средств.

По версии Росстата, в пополнении армии бедных на 500 тыс. человек в I квартале года виноваты «опережающий рост показателя прожиточного минимума» и рост цен на продукты. Прожиточный минимум повысили на 7,2%, а инфляция составила 5,2%. Поскольку пенсии и все соцвыплаты индексируют по инфляции, под чертой увеличенного прожиточного минимума оказалось больше людей.

На полученные Росстатом данные правительство ориентируется, чтобы понять, кому и в каком объеме оказывать социальную помощь. Понятно, что чем меньше людей попадут в ранг нищих — тем государству выгоднее. «Разные методики подсчета бедных используются для разных целей. Однако узнать наверняка, сколько людей в стране живет плохо, не позволит ни один подход. Статистики и опросы, например, не учитывают скрытые доходы. Чтобы увидеть реальную картину, слишком много факторов в совокупности нужно учесть и проанализировать», — отметил доктор экономических наук из НИУ ВШЭ Сергей Смирнов.

Читайте также:  Надо ли возвращать кредиты, полученные крымчанами в украинских банках?

Заголовок в газете: Нищего полку прибыло
Опубликован в газете “Московский комсомолец” №28036 от 31 июля 2019 Тэги: Инфляция, Пенсии, Дети , Власть, Медицина, Наука, Экономика, Анализы Организации: Правительство РФ Армия Места: Россия

Бедность в России сократилась до минимума с 2014 года

Численность жителей России с денежными доходами ниже прожиточного минимума (уровень бедности) в 2018 году составила 18,9 млн человек, или 12,9% от всего населения, следует из предварительных данных Росстата. Это ниже, чем было в 2015–2017 годах, но больше уровня 2014 года, когда за чертой бедности проживали 16,1 млн человек, или 11,2% населения.

В четвертом квартале 2018 года уровень бедности составил 10% (14,7 млн человек). Обычно в конце года уровень бедности ниже, чем в остальное время, что связано с более низким прожиточным минимумом. Стоимость потребительской корзины снижается в связи со снижением цен на фрукты и овощи осенью.

«Росстат зафиксировал разнонаправленные тенденции изменения численности малоимущего населения. По первой оценке Росстата, в четвертом квартале 2018 года по сравнению с соответствующим периодом 2017 года уровень бедности вырос на 0,1 п.п. и составил 10% населения. Год к году наблюдается некоторое снижение бедности — на 0,3% п.п., до 12,9% населения», — прокомментировали РБК в Росстате.

Сокращение в 2018 году связано с тем, что это был электоральный год: власти провели индексацию зарплат для самых низкооплачиваемых работников госсектора перед выборами президента, напомнила главный экономист Альфа-банка Наталия Орлова. Слабая динамика доходов населения показывала сжатие доходов от собственности и теневых доходов при росте зарплаты, отметила она. По ее словам, 19 млн человек, проживающих за чертой бедности, — это огромная цифра.

«Самая сложная задача»

Официальное количество бедных в России планомерно сокращалось с 2003 года, достигнув минимальных значений в 2012 году. Тогда численность граждан, живущих в бедности, составила 15,4 млн человек, или 10,7% населения. С 2013 года уровень бедности в стране вновь начал расти. По итогам 2017 года за чертой бедности жили 19,3 млн россиян (13,2% населения).

Одной из национальных целей развития страны, поставленных в майском указе президента 2018 года, стало двукратное снижение уровня бедности к 2024 году. Таким образом, перед правительством стоит задача сократить уровень бедности до 6,6%. Вице-премьер Татьяна Голикова, курирующая социальную политику в правительстве, назвала это самой сложной задачей из всех поставленных главой государства.

По оценке Минтруда, около 80% семей, которые сегодня находятся за чертой бедности, — это семьи с детьми. В декабре 2018 года в восьми регионах были запущены пилотные проекты, цель которых — проанализировать главные причины бедности россиян и разработать индивидуальный план выхода из кризисной ситуации для каждой семьи. Глава Минтруда Максим Топилин сообщил, что вслед за поручением президента ведомство разработает систему финансовой поддержки регионов, реализующих механизм социального контракта.

Как Росстат считает бедность

В России используется концепция абсолютной бедности, когда доходы населения соотносятся с установленной чертой бедности — прожиточным минимумом. Уровень бедности (численность и доля населения с доходами ниже прожиточного минимума) определяется на основе выборочных обследований бюджетов домохозяйств. Они проводятся каждый квартал и охватывают 48,5 тыс. домохозяйств.

Впрочем, Росстат считает и уровень так называемой относительной бедности, при которой доходы соизмеряются с их медианным значением. Эта концепция широко распространена в странах ОЭСР и Евросоюза. В качестве порога относительной бедности используется располагаемый доход, который составляет 60% от национального медианного дохода. Население с доходами ниже этого порога считается бедным. Если бы Россия перешла на европейскую модель расчетов, то уровень бедности повысился бы до 20,1% (по данным за 2016 год).

С 2020 года Росстат планирует модернизировать методику за счет расширения выборки исследования бедности категорией матерей с детьми до шести лет. «Сейчас в выборки Росстата попадает слишком мало мам с маленькими детьми. Это не позволяет корректно оценить их занятость, условия жизни, материальное положение и ряд других показателей», — объясняли в Росстате.

2018-й год стал пятым годом беспрерывного падения реальных доходов граждан. В 2019 году реальные доходы продолжили снижение: в январе показатель сократился на 1,3% в годовом выражении. Начиная с февраля 2019 года Росстат приостановил публикацию ежемесячной статистики по доходам. Статистическое ведомство приняло решение изменить методологию расчета денежных доходов граждан, действующую с 1996 года (с поправками 2014 года).

Вычисление уровня бедности зависит именно от методики расчета денежных доходов и расходов. Показатели численности семей с доходами ниже прожиточного минимума рассчитываются на основании данных о распределении семей по уровню среднедушевых доходов. В ноябре Росстат изменил методику расчета доходов и расходов, так что среднедушевые доходы должны стать чуть больше. Но Росстат считал уровень бедности за 2018 год исходя из расчета доходов по старой методике.

О живущих за чертой бедности в России

Официально у нас бедных и тех, кто за чертой бедности не так уж и много, но неофициальные цифры намного серьезнее. Сегодня мы поговорим о том, как живут люди, находящиеся за чертой бедности, и сколько их в России.

Сколько бедных и тех кто за гранью бедности в России?

Понятия бедности и нищеты у нас в стране весьма размытые. На середину 2017 года, согласно одним статистическим данным, число бедных в России достигло 20,3 млн человек, согласно другим данным — 22 млн человек. Из них — все, чей доход ниже прожиточного минимума, а это матери-одиночки, многодетные семьи, неполные семьи, 11 млн работающих россиян, из них доходы 3 млн работников ничтожно малы, фактически люди в нищете.

Учитывая официальные цифры по населению России — 164 млн человек, 22 млн бедняков не так уж и много — скажут некоторые. Однако не все так просто.

По мнению экспертов — цифры статистики сильно занижены: «Это крайне красивая и причесанная цифра Росстата. Они крайне политкорректны, чтобы не вызывать недовольство всей страны. Другими словами, 22 млн россиян, это именно нищие граждане страны. То есть прожиточный минимум в размере 10 тысяч рублей это не критерий бедности, это критерий, который отсекает нищету от бедности. Эти люди находятся в зоне физиологического вырождения и голодного вымирания».

За рубежом (благополучные развитые страны) считается гранью, за которой нищета в крайнее степени — сумма заработка около 10 тысяч рублей, 1,5 прожиточных минимума — это бедный человек способный прокормить по минимуму лишь себя. Из наемных рабочих у нас около 8 млн получают чуть больше прожиточного минимума, итого из работающих граждан не менее 40 % около черты бедности.

Вообще понятия прожиточного минимума как такового у благополучных развитых стран нет, есть граница нормального минимального заработка, в среднем от 60 тысяч рублей в месяц. То есть в 6 раз больше чем у нас.

«Реальный прожиточный минимум в России после девальвации 2014 года составляет около 20-22 тысяч рублей (а не 10 тысяч рублей, как пишет Росстат). Если брать этот критерий оценки нищеты, то в России даже по официальным оценкам за чертой бедности живут ровно 50% населения страны. Это и дети, и пенсионеры, и старики, и инвалиды, и население в трудоспособном возрасте».

«4,5 тысячи рублей, отведенные в прожиточном минимуме на питание, по калорийности уступают пайку немецкого военнопленного в австрийских лагерях. Выжить на эти деньги месяц невозможно, их хватить максимум на 2-3 похода в магазин. Денег, отведенных на оплату транспорта и коммунальных услуг, также не хватит».

Средняя зарплата в 40 тысяч рублей — это сложенный доход бедняков и зажиточных бизнесменов, есть регионы, где простые смертные зарплату-то в 30 тысяч не видят, в основном получают не более 1,5 прожиточного минимума, работая на нескольких работах. Для большинства жителей глубинок человек с зарплатой в 100 тысяч рублей в месяц — богач.

Только 13 % работающих россиян получают зарплату в 40-60 тысяч рублей, 37 % — 20-40 тысяч рублей.

А еще у нас не менее 43 млн пенсионеров (плюс инвалиды, которые также пенсионеры). Из них около половины получают пенсию с доплатами чуть-чуть больше прожиточного минимума, а кто-то и вовсе 8600 рублей… Пенсионеров, чьи пенсии больше 13 тысяч рублей, на самом деле очень мало… Это бывшие госслужачие, военные, ветераны ВОВ. В основном люди получают по 8-13 тысяч. А это либо меньше 10 тысяч рублей либо тот же прожиточный минимум.

То есть к 22 миллионам, которые нам представили как бедных, нужно прибавить еще 43 млн пенсионеров и еще тех, кто фактически не получает 22 тысячи рублей на человека (исходя из семейного дохода), а еще и тех, кто живя в крупных регионах, например, Москве, получает 25 тысяч рублей в месяц, которые равны 40 тысячам рублей в месяц в регионах. Итого получается около 100-120 млн человек.

Бедные и те, кто за гранью бедности в России — кто они?

Как мы уже выше перечислили, в основном — матери-одиночки, члены многодетных, неполных семей, пенсионеры, инвалиды, работающие по найму на низкооплачиваемых должностях россияне, москвичи с зарплатой ниже 30 тысяч рублей в месяц. Варианты неквалифицированного рабочего труда разные, оттого и разные зарплаты, но все они низкие. Например, за границей водитель по сравнению с врачом получает в 1,5-3 раза меньше.

А у нас всего на 20 % меньше. При этом врач должен даже чтобы получить свою скромную «получку» отработать в несколько смен, выслушать недовольные отзывы, упреки пациентов, нести огромную ответственность. Тогда как работая водителем гораздо меньше времени в день (если такси), можно получить те же деньги, но с минимальными потерями нервов. В итоге во врачебной, образовательной сфере работают энтузиасты и те, кто не хотят или не могут работать в иной сфере.

Что касается работающих граждан — то среди них получают низкую зарплату работники наемного труда, низкоквалифицированные работники (разнорабочие, дворники, работники заводов, производств), также работники образовательной и медицинской сфер (учителя, врачи, медсестры). Жители деревень — также живут небогато, и если не злоупотребляют алкоголем (что не редкость) — обеспечивают семью урожаем овощей, фруктов.

Все-таки, среди бедных, тех, кто за гранью, на грани нищеты хотелось бы выделить именно совсем нищих. Как гласит неофициальная статистика лиц без определенного места жительства, просящих милостыню, беспризорных детей у нас несколько миллионов человек. В похожую категорию можно отнести алкоголиков, наркоманов, ведь они часто безработные и из-за зависимости за чертой бедности, а их — тоже несколько миллионов человек, не менее 10 миллионов.

Данные статистики: Страдающие алкоголизмом — «В России до 40 % мужского трудоспособного населения регулярно злоупотребляют спиртным, алкоголизмом страдают 2 миллиона человек, а от отравлений спиртными напитками, преимущественно суррогатами водки, ежегодно умирают порядка 500 тысяч». Страдающие наркоманией (эпизодически или постоянно употребляющие разные виды наркотиков) — не менее 8 млн по официальным данным.

То есть 15 миллионов человек у нас за гранью нищеты, или асоциальны. Сюда же можно прибавить неоднократно судимых граждан, среди мужского населения судим каждый 4-5-й. Им проблематично найти работу…

Читайте также:  В каких городах России самые высокие зарплаты

В общем, реальная-то статистика куда более серьезная, чем 22 миллиона «средне живущих».

Как они живут — те, кто на грани, за гранью бедности?

Из прожиточного минимума, который по стране ныне составляет в среднем 10-11 тысяч рублей, только 4-5 тысяч рублей рассчитаны на еду!! Остальные — на коммунальные платежи, одежду, канцтовары, косметику, бытовую химию и прочее.

Правда, абсурдно говорить о покупке, например, той же косметики на то, что остается от 4,5 тысяч рублей после оплаты коммунальных платежей, покупки шапки на зиму, одежды, мыла, стирального порошка. Разве что детский крем с лисичкой купить можно. Впрочем, у кого-то нет и этой возможности.

Как заявляют нам министры российских ведомств — люди (с низким доходом) просто не умеют экономить и инвестировать, поэтому и не богатеют. «Сытый голодного не разумеет», — как говорится.

А еще есть ситуации у людей, когда съемное жилье, и даже если семья в льготной категории (например, в семье ребенок-инвалид или многодетная), то траты на съем жилья нигде не учитываются. Считается, что семья получает доход и тратит его на свои цели, а то что 60-70 % дохода идет на оплату аренду — никого не волнует.

Есть на 4-5 тысяч рублей в месяц — это нереально!!

Можно так прожить месяц-два, но однажды захочется есть, сильно есть. Только на еду, даже в регионах и глубинках, нужно не менее 12 тысяч рублей на одного человека в месяц. Можно экономить какое-то время, чтобы достичь какой-то цели. Но жить всю жизнь или несколько лет на 4 тысячи — это действительно за гранью бедности.

Если кто-то скажет — что можно так прожить — значит, они никогда не пробовали в наше время так жить. Если человек сидит дома и не работает, а работает, например, муж или другие члены семьи — это одно, а когда человек работает, постоянно занят, учится, занимается детьми при этом, и не имеет возможности искать недорогие продукты — выжить на 4-5 тысячи в месяц — это из области фантастики.

Как живут пенсионеры на 8600? Закупают по осени овощей, фруктов — делают заготовки на зиму, сами вяжут, шьют, кто-то не вылезает с дачи, там выращивает урожай на всех внуков, детей и себя.

Есть в нашей стране такие герои, как полярники, живущие десятилетиями на станциях, где измеряют природные данные, есть жители тайги, например, Агафья Лыкова, есть лесники, ушедшие вглубь природы и существующие вне денег, материальных благ, цивилизации.

Они герои в своем выборе, но они вне цивилизации, а мы внутри нее. И примеры о том, как люди выжили в тяжелые времени или на необитаемом острове — абсурдны, потому что мы в ином измерении сегодня.

Но есть те, кто посередине между теми, кто вне цивилизации и нами, избалованными детьми современности — это как раз пенсионеры, живущие на 8600, жители глубинок, всю силу и энергию направляющие на огород, получение урожая, своими руками умеющие создавать одежду, игрушки, дома, дороги.

Мои знакомые однажды уехали в деревню, завели коров, куриц, свиней. Продавали молоко и молочную продукцию деревенским, в магазин и на трассе, мясо, сало, копчености, куриц, яйца. Даже веники березовые делали — продавали. Через пару лет купили однокомнатную квартиру в городе для подрастающих детей, сдавали в аренду.

Другой знакомый несколько лет разводил пчел, собирал мед, продавал. Рассадил плантации ягодных деревьев, на зиму делал с семьей много варенья. На квартиру не заработал, но всегда имел небольшой доход от продажи продукции.

Но у меня давно зреет другой вопрос по теме. У нас по официальным данным 22 млн человек бедных в стране, по неофициальным данным и доводам самих россиян, жалующихся на жизнь, мы насчитали — аж больше 100 млн человек.

Откуда у нас, нищих, бедных и почти бедных, столько авто, застревающих в бесконечных пробках?? Ведь в регионах с небольшим доходом на душу населения (например, Сибирь) — авто есть больше чем у половины населения, у некоторых по два.

И зачем у нас столько новых квартир, домов строится если все такие бедные?? Ведь, как известно, спрос рождает предложение (ведь не все берут квартиры под ипотеку и после продажи наследства).

Сколько человек сегодня живёт за чертой бедности в России?

Ох уж эта черта бедности, сколько говорено о ней, сколько производится расчётов, сколько споров, а воз и ныне там – как ни крути, но количество людей в России, кто неуклонно переступает эту черту, увеличивается.

Сегодня за чертой бедности официально проживает в России около 23 миллионов человек или около 16% населения. И что с того, что в 2000 году эти цифры вообще были просто ужасающими – 42 миллиона или почти 29% россиян.

Что говорит мировой опыт

Собственно, само понятие «черта бедности» носит какой-то унизительный, надуманный характер, хотя и фигурирует в мире вполне официально. Принято измерять эту черту в доходе человека, минимально достаточном для его проживания.

Организация Объединённых Наций определяет такую сумму дохода в доллар с четвертью в день, или в месяц – 37,5 долларов. Принимаем курс в 57,5 рублей. Таким образом, получается, что по ООН черта бедности в денежном выражении

Тогда можно и воспрять духом, ведь по российским критериям эта сумма составляет – 9691 рубль. Но, сразу скажем, гордиться особо нечем. Ведь ООН ориентируется в своих расчётах на беднейшие страны Африки, Россия же метит гораздо выше.

Но использование самого этого понятия уже ставит страну в очень неприглядное положение. Дело в том, что в развитых странах мира понятия «черта бедности» практически не существует, есть только оценочные суммы, служащие ориентиром для государственных служб статистики. Так:

  • в Германии такой минимальной суммой признаётся 646 Евро (больше 39 тысяч рублей при курсе в 62,5);
  • во Франции — 1063 Евро (почти 65 тысяч рублей);
  • в Италии – на севере 700 Евро (больше 42 тысяч руб), на юге – 400 (почти 25 тысяч);
  • в Канаде – 881 доллар (это сумма дохода, не облагаемая налогом – почти 50 тысяч рублей);
  • в Соединённых Штатах всё сильно зависит от развития штата, но общепризнано — 8 с четвертью доллара в день, в месяц, таким образом, 247 долларов, или почти 14 тысяч рублей.

Другими словами, как ни крути, Россия по прожиточному минимуму очень сильно отстаёт от развитых стран мира.

По методике ЕЭС за черту бедности должны попадать все, чей доход более чем на 40% меньше среднего дохода по стране. В России эта цифра составляет 10 тысяч относительно 27 – 270%.

Но ведь, деньги сами по себе ещё мало значат, важно определить и атмосферу, в которой они тратятся. Здесь ситуация для России выглядит ещё более плачевно – очень высокий уровень цен на товары и услуги первой необходимости делают сумму в 9691 руб по сравнению с Западными странами «ещё меньше».

Что влияет на настоящие показатели прожиточного минимума

  • инфляция в 6-8% (по мнению Минэкономразвития; на самом же деле, граждане утверждают, что она составляет не менее 15%),
  • постоянно растущие цены на услуги первой необходимости – тот же проезд в городском транспорте,
  • постоянно растущие цены на оплату коммунальных услуг, то

как-то с 10 тысячами на руках и можно было бы прожить.

Но учитывая, что негативные тенденции продолжают прогрессировать, не стоит удивляться этим 16%, которые два года назад не дотягивали и до 14%.

Разберёмся, что внутри

Принято считать, что в расчётах величины прожиточного минимума:

  • 50% занимаю продукты питания;
  • 25% — услуги;
  • 25% — непродовольственные товары.

Добавьте сюда реальное уменьшение доходов с учётом инфляции, вот и получается прибавление «корпуса бедности».

И всё-таки скажем сакраментальное – «сами виноваты, думать надо»

Что значит, сами виноваты, что значит, думать надо, когда показатели, влияющие на уровень бедности, носят глобальный характер. Да, действительно, в значительной степени это так. И, тем не менее, даже при всех негативных явлениях глобального характера и от каждого из нас многое зависит.

А вот теперь по порядку, чтобы ничего не забыть.

  1. Что же мы выбираем в Государственную Думу и в Законодательные Собрания городов людей, у которых в числе первых законов, принимаемых на первых же своих «торжественных» (это они так называют свою работу) заседаниях, фигурируют законы об их же собственной заработной плате, которая в 10-20 раз выше средней зарплаты по городу или стране. Так, кого выбирал, то равнодушие к своим проблемам и получил.
  2. Что же мы постоянно ищем работу не меньше чем в 2-3 раза превышающую среднюю, тогда как в СМИ масса предложений и более скромного порядка. А прямо скажем, какая бы работа ни была, если человек работает, он без больших проблем будет уменьшать статистику «бедности».
  3. Возможно, поиск лучшего и не является таким уж «зазорным мероприятием», если бы не пару «но». Но – ты ведь забыл уже, когда держал учебник в руках. Но – ты ведь обладаешь таким низким уровнем образования и культуры. Так, что же претендовать на 100 тысяч, когда по своему отношению к жизни ты вряд ли стоишь и 20-ти.
  4. Да, иногда, чтобы повысить свой жизненный уровень, необходимо что-то изменить в своём образе жизни. Но мы совершенно не умеем этого делать, слишком надеемся на помощь из вне, попросту, на этот вездесущий и безобразный блат.
  5. Думать, что называется, надо. По крайней мере, когда бросаемся во взаимоотношения с кредитными организациями. Правильно рассчитать свои возможности, правильно определить дисциплину выплаты кредита, иметь характер точно соблюдать эту дисциплину – важнейшие правила не угодить в долговую яму. А сколько там уже находится людей, и не пересчитать. Тех, кто, получая кредиты на покупку того же автомобиля, обязательно половину суммы отводит на празднование такой удачи от банка. Но эйфория со временем проходит, и приходится думать о возврате занятых сумм.
  6. Экономным нужно быть в любом случае. Другими словами, жить по тому давнему лозунгу «социалистических офисов» – «чисто не потому, что убирают, а потому, что не сорят». Если переложить эту фразу на сферу финансов, то они есть не у тех, кто немеренно зарабатывает, а у тех, кто знает, как их нужно тратить, кто живёт разумно с полным отчётом, что завтра обязательно наступит. Это наша давняя русская беда под названием «широкая душа» — готовить обеды на 3, как будто к столу ожидается целый батальон из соседнего военного городка; что осталось за столом – а, пойдёт поросятам. Так что же удивляться, что со временем рядом с поросятами оказываются и их хозяева. Между прочим, в этих минимальных месячных расчётах немцев и французов питание занимает очень небольшой процент – не больше 35%, а у нас все 50%. Это обычное дело, придя в гости к немцу, где-нибудь на Бетховенштрассе в Мюнхене, увидеть за столом пару бокалов вина, три-четыре бутерброда и коробку конфет. У нас будет и первое, и второе, и выпита будет не одна бутылка, а добавим сюда сладкое. Причём немцу-то это совершенно и не нужно, он отнесёт это за счёт какого-то праздника, на который невзначай попал, но останется при своём мнении относительно настоящего гостеприимства.
  7. Значительную долю в минимальной потребительской корзине занимают и лекарства. А кто и когда нас учил заботиться о здоровье, которое тоже деньги, и немалые. Кто нас учил обязательно смотреть вперёд и не доводить ситуацию до ручки, когда уже и деньги не способны нечем помочь, а мы все тратим и тратим их в аптеках, обманывая себя – мол, они должны помочь. Посмотрите, сколько людей каждый вечер (или утро) выходят на близлежащий стадион заняться своим здоровьем. А ведь это настоятельно требуется делать, по меньшей мере, 3-4 раза в неделю. Да, считанные единицы. Если мужчины, то только те, кто после больницы – жизнь заставила, хотя часто уже и поздно. Если женщины, то только в преддверии пляжного сезона. Но ничего исправить уже нельзя. Если не хватало характера соблюдать себя годами, то 2-3 месяца неспешных занятий ничего уже не решат (хотя всё равно надо, надо выходить на стадион, и за режимом питания следить тоже надо).
Читайте также:  Дополнительные сборы на ремонт крыши

Простой вывод, короткий, но важный, поэтому под отдельным заголовком

Да, мы можем бесконечно ругать депутатов (хотя тут на ус накручиваем). Мы можем каждый день устраивать праздники с брызгами шампанского. Мы можем спать до 12-ти после вчерашнего «праздника живота» или тешить себя мыслью, что и я в этой славной когорте из 23 миллионов, а уж о такой «махине» государство никак не забудет.

Но, что толку. Ничего не изменится, пока каждый сам себе не скажет – это унизительно, забыв, когда открывал Достоевского, плестись постоянно в хвосте. Пусть всё получится не сразу, пусть придётся немного потерпеть, но из этой трясины под названием «черта бедности» каждый способен выбраться и самостоятельно. Не забудем это замечательную поговорку – Помоги себе, и Господь поможет тебе.

Ну, совсем маленький нюанс, уже напоследок

Но в любой ситуации чувство собственного достоинства терять нельзя ни при каких обстоятельствах. «Сами придут и сами всё предложат», — как сказал однажды Воланд. Это не жизнь загнала вас за эту черту, это вы свыклись со своим положением и не только денежным, но и менталитета.

«Беднеем, но медленно». Эксперты об относительной, абсолютной и субъективной бедности в России

Президент Владимир Путин пообещал в обращении к Федеральному собранию особое внимание уделить вопросу повышения реальных доходов населения. С 2014 года они упали почти на 12%.

Эксперты — о том, что такое бедность в России и реально ли ее победить.

Снижение бедности будет чисто статистическим

Наталья Зубаревич, профессор кафедры экономической и социальной географии России географического факультета МГУ

Есть широкий комплекс научных исследований, который разделяет бедность по критериям ее измерения. Первое — это критерий абсолютной бедности, когда государство устанавливает так называемую черту бедности. В России это прожиточный минимум. Все, кто ниже этой черты — бедные. Черта бедности разная для разных регионов, но суть ее в том, что в этой черте половина — еда, а в этой еде половина — хлеб, картошка, овощи, макароны. Это очень низкий критерий. По нему в России почти 13% населения являются бедными. Это история манипулируемая, потому что можно опустить прожиточный минимум и бедных у вас станет меньше.

Второй критерий — относительная бедность, он устанавливается в развитых странах. Они честно говорят, что бедность победить опусканием прожиточного минимума нельзя. Согласно этому подходу бедными являются те, чьи доходы составляют 50-60% от медианы ( средней доходного распределения населения — прим.ред. ). То есть половина населения имеет доходы выше, половина ниже, и бедность вечная — это те люди, которым их доходы не позволяют жить таким образом, как живет основная масса населения страны, поэтому им помогает государство.

Третий критерий — субъективная бедность, то, как люди сами себя ощущают, и здесь все очень по-разному. В малых городах и в селе люди чаще говорят: «Мы как все, мы средне, мы не бедные». Потому что вокруг все такие. В крупных городах люди видят большие различия, и большая часть относительно средней по стране причисляют себя к бедным, потому что другие живут лучше. Субъективный критерий бедности — довольно сложная история.

Что мы имеем в России: по объективным данным, основанным на критерии прожиточного минимума или черты бедности, до кризиса 11% считались бедными, в кризис – 13,5%, сейчас чуть меньше 13%.

Как только мы переходим в относительную бедность, тех, у кого 50-60% от медианы, уровень бедности подползает к 30%. Что касается субъективной оценки бедности, есть очень интересное исследование Росстата, который поквартально измеряет оценки почти 50 тысяч домашних хозяйств в целом по стране.

По итогам второго квартала 2019 года 1% сказали, что им не хватает даже на еду, 14% сказали, что на еду как-то хватает, а на одежду, обувь и ЖКУ уже точно не хватает, итого 15%. Это близко к нищете. 49% сказали, что на еду, одежду, обувь и ЖКУ хватает, но если сломалась стиральная машина или холодильник — это уже проблема, денег на покупку взять негде.

Государство сказало, что нужно уполовинить уровень бедности. Это можно сделать двумя способами — снизить или не наращивать черту бедности, то есть прожиточный минимум, и это статистика; или второй способ — больше давать реально бедным домашним хозяйствам, потому что в Российской Федерации система социальной защиты не заточена на помощь бедным, она заточена на помощь заслуженным, в основном пожилым. Но чтобы переформатировать систему социальной защиты именно на помощь бедным, нужно, во-первых, уметь считать доходы населения, потому что люди у нас простые, справочки приносят, что у них доходов нет, а реально чем они живут — большой вопрос; а во-вторых, сказать обществу, что мы больше пожилых и заслуженных не поддерживаем, мы концентрируемся на помощи бедным. Но что скажут в ответ пожилые и заслуженные?

Для того чтобы бороться с бедностью, надо работать на экономический рост и меньше денег тратить на геополитику.

Это практически невозможно при той власти, которую мы имеем. В том политико-экономическом дизайне, в котором мы живем, улучшение тренда снижения бедности, скорее всего, будет чисто статистическим.

Российская бедность распространена среди работающего населения

Евгений Гонтмахер, экономист, член Комитета гражданских инициатив

Черта бедности была введена летом 1991 года указом Горбачева, она называлась минимальным потребительским бюджетом. Через несколько месяцев начались реформы 1992 года, уровень жизни резко упал и оказалось, что ниже этой черты бедности в России живет ⅔ населения. Тогда решили разрабатывать вторую черту — прожиточный минимум, который по нормам и по стоимости в два раза меньше минимального потребительского бюджета. Он назывался прожиточный физиологический — в скобках — минимум, потом слово «физиологический» убрали. По факту этот прожиточный минимум существует до сих пор, а минимальный потребительский бюджет, который по указу Ельцина был оставлен, постепенно перестали считать, потому что если по нему считать, то бедность в два раза больше того, что показывает прожиточный минимум. Этот подход к бедности — измерение абсолютной бедности — единственный, который у нас в России используется официально. В мире практически все от него отказались, только США продолжают считать по этой методике.

Все остальные страны используют относительную черту бедности. Это более справедливо, потому что позволяет не увеличивать социальную дифференциацию. В чем еще недостаток абсолютного подхода — у нас, как правило, продукты первой необходимости дорожают быстрее, чем все остальное. Инфляция для тех людей, кто живет по этой корзине, выше, чем в среднем та, которая официально заявляется. Если по итогам года инфляция была 3%, то по этой корзине она была около 5%.

В Европе сейчас стали использовать еще один подход — метод так называемых лишений. Есть некая модель потребления, которая признается нормальной в каждом обществе. В европейских странах, допустим, потребление мяса какое-то количество раз в неделю считается нормой. Если вы мясо едите раз в неделю, при том что у вас достаточно денег на хлеб, молоко, овощи, считается, что вы уже в чем-то лишены. Или, например, если вы не можете пользоваться качественным медицинским обслуживанием. Классический пример — стоматология, она вся в России платная, и для большинства поход к стоматологу — это целое дело, поэтому состояние зубов у нашего населения плохое. С европейской точки зрения это уже лишение. Год назад было исследование ВЦИОМа о том, что у нас чуть ли не 60% семей испытывали сложности со сбором ребенка в школу. В Европе такой факт считается признаком бедности. Или, допустим, вы не можете купить себе компьютер.

То есть лишение доступа к общественно признанной услуге или предмету — тоже подход к бедности. У нас его не используют.

Понятно, в 90-е население России было беднее, в 2000-е годы жить стали богаче. По официальным данным, с 2000 по 2008 год у нас реальные доходы в среднем увеличились на 2,3%, пенсии, зарплаты увеличились более чем в два раза. Начиная с 2009 года и до сих пор, если говорить в целом, положение населения стало хуже. Не радикально, как это было в 90-е, но в реальных доходах с 2014 года мы потеряли 10-12%. В прошлом году статистика показала небольшое увеличение реальных доходов, это еще не тренд, надо подождать несколько лет. Рост в районе 1-1,5% для многих ничего не значит. Это может быть за счет разных групп населения. Известно же, что чем богаче у нас люди, тем быстрее у них растут доходы — экономический кризис, а число миллиардеров увеличивается.

Беднеем, но медленно. В прошлом году произошел обвал здравоохранения, в конце года Голикова сказала, что у нас упало качество и доступность медицинской помощи. Это вклад в бедность, потому что один из признаков бедности — отсутствие доступа к качественному здравоохранению, собственно министр здравоохранения это признала.

Причина нашей, в общем-то, массовой бедности в России в низких зарплатах. Российская бедность отличается от бедности во многих других странах тем, что распространена среди работающего населения.

В европейских странах бедные — это одинокие пенсионеры, бездомные, мигранты, но работающий человек, как правило, не является бедным. Там достаточно высокий уровень зарплат, а высокий он, потому что другой тип экономики. У нас экономика отсталая, нефтегазовая, высокую зарплату вы получаете, только если работаете в Газпроме, Роснефти и подобных госкорпорациях, малый бизнес загибается, обрабатывающая промышленность в значительной части тоже, в бюджетной сфере зарплаты недостаточные.

Если мы построим современную экономику, если появятся хорошие рабочие места, высокая производительность, творческий труд, высокотехнологичная продукция, которая имеет высокую добавленную стоимость, то тогда будут высокие зарплаты и налоги с этих зарплат будут выше. А не меняя экономику, просто добавив людям пособия, что тоже, конечно, хорошо, радикально не решить проблему бедности в России.

Ссылка на основную публикацию